А вот Вальке повезло меньше. Скорчившись, он лежал шагах в десяти, не подавая признаков жизни. Твою дивизию, да он еле дышит!

Рывком вскочив, я в два прыжка подлетел к другу. Упал рядом на колени, лихорадочно наложил руки и активировал Лечебное прикосновение. Только бы не опоздать, только бы успеть!

Ладони засветились мягким светом, искрящиеся потоки устремились к неподвижному телу. Обволокли, впитываясь в плоть и латы. Сращивая раны, восстанавливая силы. Ну же, ну! Не подведи, Исцеление!

Валька дёрнулся, судорожно втянул воздух. Закашлялся, перевернулся на живот. С трудом, опираясь на меч, поднялся на ноги. Живой, боец! Как камень с сердца…

Выдохнув, я вскочил рядом. Озабоченно осмотрел друга, проверяя на скрытые повреждения. Вроде бы всё в порядке, ран и увечий не видать. Полоска жизни почти полная. Прекрасно! Лечение высший класс!

Тут сзади грохнуло, стены содрогнулись. Обернувшись, увидел разъяренного Олега, швыряющего в лича файерболы. Вокруг мага плясало пламя, глаза полыхали яростью. Так его, так! Поддай жару костлявой сволочи!

А лич-то, похоже, озверел вконец. Взвыв раненым зверем, он снова взмыл к потолку, обдав нас ветром. В костлявых лапах затрещали разряды, разгораясь всё ярче. Ух ты ж, опять массовое поражение готовит!

— Валька, уходим! — заорал я, подхватывая друга под мышки. — Ща рванёт!

Рыча от натуги, поволок товарища прочь, ныряя за ближайшую колонну. В спину дохнуло жаром, затылок опалило. В последнюю секунду! Пронесло, считай, второй раз.

В колонны будто иглами утыкали, посыпалась каменная крошка. Грохот, лязг, скрежет.

Выдохнув, глянул на Вальку — живой, ошалело таращится. Ну, оно и понятно. Не каждый день из мясорубки выдергивают, почитай целёхоньким. Я б на его месте тоже малость прибалдел. Или не малость.

Хлопнув друга по плечу, вскочил на ноги. Перехватил верный топор, примерился. И, размахнувшись, швырнул лезвие аккурат личу в башку. В надежде хоть на миг остановить, сбить боевой раж. Повезёт — так вообще в стан впечатает. Было бы совсем красиво!

И о, чудо! Топор, свистнув, с хряском вонзился твари промеж глазниц. Лич застыл, будто громом поражённый. Да неужто подфартило? Да ладно, не может быть!

— Валька, мочи гада! — заорал я, в прыжке перехватывая топор. — Олег, добивай!

Воодушевлённый, друг с рёвом кинулся в атаку. С лязгом приложился мечом по хребту, другим, третьим. Только искры посыпались! Лич содрогался, но всё никак не падал. Живучий, сука!

Скрипя зубами, я насел с другой стороны. Метил в корпус, в конечности, в череп. Лупил что было мочи, не жалея сил. А лич трясся, шатался, но всё так же скалился безгубым ртом.