Даже во сне он не кажется мирным: чуть поджаты скорбно сомкнутые губы, залегли синеватые тени под глазами… должно быть, таковы не до конца миновавшие последствия отравления. Или это — следы взятой на себя ответственности, оттиски напряжения воли и работы мысли? Или разом и то, и то?

Не Шак судить.

Но её рука словно сама собой протянулась и погладила спящего по плечу. А потом ещё раз, и ещё раз, и снова…

Когда кому-то близкому плохо, мы стараемся стать ещё ближе, в самом прямом, физическом смысле. И утешить, поглаживая. Это как бы знак того, что ты — не одна. Что рядом есть кто-то живой, кому ты не безразлична. Что тебя поддержат. Что тебе помогут.

Алурина гладила гладкую, тонкую, чувствительную кожу своего учителя до тех пор, пока он, продолжая спать, не перестал хмуриться. И продолжала, пока он не начал улыбаться.

И потом продолжила гладить его ещё немного.

Уже не для того, чтобы поддержать и помочь, а просто так.

…валяться на шелках, созерцая сны, приятно и хорошо — но делать это вечно не получится. Равно как и вечно сидеть в гостях. Мийол отлично это понимал и потому ещё вчера договорился насчёт границ гортунова гостеприимства. Вымыться, поспать, после позавтракать, а потом всё. Сборы и выдвижение. Потому как всякого Охотника ноги кормят, а хорошие знакомые гномы — только подкармливают.

Даже с двойной скидкой купить удалось немногое. Пространственный короб гномьей работы, оформленный как почти плоский рюкзак, да полдюжины подержанных книг (из которых две — по артефакторике для начинающих, гномы их учат перед тем, как в Магистериум Начал поступать, ещё две — по алхимии того же класса, одна по основам натурфилософии и ещё одна — по медицине). На этом список не заканчивался, но только короб и учебники Мийол собирался оставить себе для постоянного пользования. Остальное, в основном низкоуровневые артефакты работы гномьих новичков от Ремесла, набрали не для себя, а для перепродажи.

Основным прибытком от визита в Сорок Пятый Гранит молодой маг счёл вообще не вещи (хотя пространственный короб, да ещё с ключ-браслетом — конечно, штука архиполезная!). Важнее материальных предметов стали два момента.

Во-первых, Гортун пообещал со временем оформить на имя Хантера набор документов. Ничего такого уж серьёзного, пока что — но уже дадут право ему и малому числу его спутников перемещаться по общей территории города без ограничений и сопровождения, право свободно приобретать кое-какие товары из нижнего списка ограниченных к экспорту, право на некоторые привилегии со стороны закона… в общем, всё, что даёт «благонадёжность второй степени». Не первая степень, тем более не малое гражданство, однако польза от статуса несомненная.