— Конечно, интересно, — султан отодвинул кальян в сторону и даже принял сидячее положение, — особенно все, что касается Османской империи.
— Ну тогда слушайте… через 10 лет, самое большее через 15 Османская империя прекратит свое существование.
— То есть шестьсот лет она стояла, — усмехнулся Абдул, — а тут за десять лет исчезнет? Слабо верится…
— Все верно, — ответил ему Георгий, — вспомните историю других великих империй — Римской, Византийской, Монгольской… империя Александра Македонского, наконец, на что была великой, а рассыпалась на мелкие части буквально за несколько лет.
— Хорошо, давайте подробности, раз уж начали, — султан даже встал со своей кушетки и прошелся к дальнему окну и назад.
— Слушайте, — вздохнул Георгий, судорожно вспоминая страницы записок отца, касающиеся этого вопроса, — вы, наверно и сами в курсе внутренних проблем империи, но я перечислю их в порядке возрастания значимости. Первая — это экономическая отсталость, люди-то у вас не слепые живут, видят, что в той же Франции или Британии уровень жизни гораздо выше и он поднимается с каждым годом, а у вас все наоборот. Вторая — внутренняя непримиримая оппозиция… да-да, я знаю про младотурков, да про них все знают, кто хоть немного в теме… мы в России как-то сумели обуздать такую опасность, оппозиция у нас почти вся легальная, а та, что в подполье, под контролем…
— Младотурки у меня вот где сидят, — показал султан ребром ладони на горло, — но вы продолжайте, Георгий-паша.
— Мы дошли до третьей причины — это рост национализма и не только армянского… империя же у вас лоскутная, наций и народностей много, причем есть очень многочисленные, вот они и начинают обретать национальное самосознание и требовать независимости, особенно это касается арабов…
Султан промолчал на этот раз, поэтому император продолжил без его ремарок.
— Четвертая причина — закостенелость политической структуры страны, у вас же даже парламент выбирали — зачем его разгонять было? Надо реформироваться, как мы, например, в России — тогда появятся шансы уцелеть в нашем изменчивом мире.
— То есть у вас эти шансы есть, — спросил султан, — а у нас их нет, так?
— Приблизительно так, — усмехнулся Георгий, — но мы переходим к последней пятой причине — это участие в войне не на той стороне…примерно, как в басне Лафонтена про лягушку и крысу.
— Так, давай уже без аллегорий и метафор, — сдвинул брови султан, — что за война, когда, к какой стороне мы примкнем и почему она неправильная?
Глава 19
— Пожалуйста, — пожал плечами Георгий, — в середине следующего десятилетия в Европе начнется большая война, ее даже назовут Мировой. С одной стороны там будут англичане с французами, а с другой немцы и австрийцы — война будет за место под солнцем и за колонии в Африке и Азии. Турция долго будет метаться между двумя лагерями, но в конце концов выберет вторую, что и станет решающей соломинкой на спину верблюда…