— Но это важно, государь, — несколько растерялся Мартов, но тут же собрался и продолжил, — согласно учению Карла Маркса капитализм исчезнет и неизбежно трансформируется в социализм… примерно так же, как пропали с концами рабовладение и феодализм.

— Ну строго говоря это не совсем соответствует истине, — поправил его Георгий, — в Африке и в Азии и сейчас имеется немало стран, где рабовладение является основой государственного строя… да и остатки феодализма вполне себе существуют и в Европе, и в России тоже.

— Вы правы, государь, — кивнул Мартов, — рудименты старых общественных укладов кое-где существуют, но сложно спорить с тем, что главенствующим сейчас является капитализм… кое-где переходящий в свою новую стадию, империализм…

— Хорошо, я это понял, — устало ответил император, — и что дальше?

— Дальше, государь, по мнению нашей партии, случится переход к новой общественной формации, где будет отменена частная собственность на средства производства, а все общественные блага будут делиться согласно личному вкладу каждого члена социума. Ведущим классом станет пролетариат, крестьянство войдет с ним в тесный союз, а эксплуататорские классы должны исчезнуть… как исчезли, например, рабовладельцы в Европе и Америке.

— Понятно, — побарабанил Георгий пальцами по столу, — а что все-таки по мнению вашей партии будет с крестьянами и с землей? Это все же почти три четверти населения страны, верно?

— Позвольте мне, — отодвинул Мартова в сторонку Церетели, — наш коллега немного погорячился, в принципе политику социал-демократии он изложил верно, но никто не утверждает, что переход от капитализма к новой стадии общества совершится мгновенно. Это будет длительный и растянутый во времени процесс… во время которого нужно выстроить отношения между всеми членами социума, правильно?

— Давайте уже про землю, — поморщился царь, — идеология меня сейчас занимает очень мало.

— Хорошо, переходим к практике, — ответно вздохнул Церетели, — земли на всей нашей планете не так уж и много, пригодной к обработке еще меньше, России это касается больше, чем любой другой страны. Поэтому справедливое перераспределение земель ни к чему конструктивному не приведет — нужно применять стратегию непрямых действий.

— Как-как? — не понял Георгий.

— Решать проблемы косвенными методами, а не в лоб, — пояснил Церетели. — Если взять земельный вопрос, то разрешить его можно очень простым способом — увеличить производительность труда в деревне, а освободившуюся массу крестьян занять другими работами… наиболее приемлемый — это перевести их в пролетариат.