Да и знаю я, что для крестьянина значит одиночное путешествие. Хорошо, если на добычу «глаза» уйдёт несколько часов, а если счёт будет в сутках?

Успею ли я к сроку? Очень хотелось бы управиться за двенадцать дней. А ведь я даже не знаю, как отсчитывается время в медитации — оно всегда идёт беспорядочно, то длиннее, то короче.

— Я с радостью приму ваше предложение, господа, — сказал я как можно почтительнее и склонил голову под одобрительное хмыканье незнакомца с бородой.

В этот момент я будто вернулся в своё детство. Вот я, мальчишка в старенькой тряпичной обуви, склоняюсь перед каким-то лордом, бывшем в нашем маленьком городке проездом. Держусь подальше, опускаю голову, стоит ему взглянуть в мою сторону, и, как и другие особо любопытные, пытаюсь посмотреть издалека, да так, чтобы ненароком не оскорбить — знаю же, шею может свернуть. Страшно было. Страшно, но очень интересно — это же другой мир, не обычный человек, как полунищие горожане, вроде меня, а настоящий богач, у которогодаже была фамилия!

Правда, совсем скоро я вошёл в этот так называемый другой мир. Получил фамилию — глупую, наспех придуманную королём, чтобы меня вознаградить. У моей матери (и, следовательно, у меня) отродясь ничего подобного не было. Мёбиус да Нетти из Кортенгейла — так нас обычно и называли.

— Понятливый, — фыркнул бородатый. — Я Дайчи. Мои спутники: Джеро и Сато. Мы оммёдзи, так что заруби себе на носу — стоит быть послушным и лишний раз не вякать, если не хочешь, чтобы тебя сожрала тень. В этих лесах их, пожалуй, слишком много. Мы сопровождаем госпожу Асами — к ней даже подходить не вздумай, сразу головы лишишься.

Относились ко мне пренебрежительно — впрочем, для людей, считавших себя на порядок выше какого-то обычного крестьянина, это было чем-то нормальным. Я терпел, прислушиваясь к их разговорам — они продолжали свой путь к Нагано, и это означало почти месяц пути по лесам с редкими большими дорогами и деревушками. Планировалась лишь одна остановка в достаточно крупном городе — Никко.

По какой-то причине мои вынужденные спутники должны были скрывать личность девушки, которую сопровождали. Мне было наказано называть её не иначе, как госпожа, имени не упоминать, а лучше и вовсе не раскрывать рта. То ли в самом деле преступница, то ли девушка в беде — кто разберёт.

Ни о каком «глазе» разговоров не велось, так что я собирался понаблюдать ещё. К тому же, не просто так меня выкинуло рядом с ними. Наверняка всё это — часть задумки Кайоши. Но только какой? Хотел посмотреть, как я строю из ебя крестьянина? А ведь по рождению я к ним очень близок — считай, самый настоящий, так что не на что тут смотреть.