— Дядь, я хочу усы как у этого дедули!

А усы у этого дворецкого знатные — пышная седая щёточка. Настоящая мечта для Джуна, внимание которого слишком легко привлечь. Особенно к чему-то совершенно скучному.

— А молодой господин..? — спросил Платон Егорович, чуть не подняв руку, чтобы дотронуться до усов.

— Джун. Мой младший брат. Он бывает немного бестактным, — отозвался я «тем самым» деловым тоном. А что? Даже у меня он есть! Не зря же я в последние годы работал в настоящем змеином гнезде.

— Ничего. Дети могут быть озорными — им простительно.

В этот момент дворецкий глянул на Марию. Та почему-то отвела взгляд. Ясно, кто тут был шкодливым по малолетству — и ведь вижу, как уши покраснели.

Наконец мы оказались внутри. Слуги тут же принялись разносить багаж; тем временем Мария чуть не подпрыгнула, заметив, что Кирилл Антонович спускается со второго этажа по большой лестнице. Мужчина раскинул руки, заметив Марию, и девушка тут же бросилась к нему, совершенно никого не стесняясь.

Антон, стоявший позади меня, фыркнул.

— А если бы тут был кто-нибудь ещё, она бы притворялась, что вообще не рада, — доверительно сообщил он.

Старший Вяземский коротко проговорился с Марией и наконец обратил взгляд меня.

— Кикучи Сабуро, добро пожаловать в мой скромный дом, — сказал он. — Полагаю, ты устал после перелёта, но нам ещё есть, о чём поговорить. Что ты думаешь о том, чтобы обсудить некоторые вопросы в моём кабинете перед ужином?

Как мило — он выглядит совершенно не угрожающе. Но я этот тон знаю: вроде мягкий и дружелюбный, а внутри таится стальной стержень, который так и кричит о том, что прогибаться собеседник не намерен.

Не то чтобы я в самом деле собирался моментально согласиться на любое его предложение.

Джун был с боем вручен Прохору (с боем, потому что притворяться клещом и ныть по любому поводу он не перестал), а я отправился вслед за Кириллов Антоновичем в его кабинет: просторную комнату с резной дубовой мебелью, большим окном и несколькими шкафами, заполненными какими-то бумагами и папками. Вяземский устроился за столом и указал на стул напротив него.

— Устраивайся поудобнее, Кикучи Сабуро. Ты ведь уже подписал документ о помолвке?

— Верно, — кивнул я. — Но обязательства, которые за ним следуют, ещё не оговорены.

Мужчина улыбнулся.

— Тогда мы можем начать с того, что я могу дать тебе за твою маленькую помощь…

— Я бы хотел, чтобы вы начали с того, что я буду вам должен.

Хорошие вещи затмевают плохие: если сначала тебе говорят о плюсах, тебе становится плевать на то, что за ними последует. Если же первым делом ты узнаешь цену, судить будет гораздо проще.