— Почему ты мне это рассказываешь?

— А разве я не могу? Ведь ты меня слушаешь.

Да-а, с аргументами призраков вообще сложно поспорить.

— Так я узнаю, кто ты? — не сдавался я.

— Не раньше, чем представишься сам, — ответила женщина и вдруг достала огромный веер будто бы из ниоткуда. Она раскрыла его и принялась медленно обмахиваться, прикрыв нижнюю половину лица.

— Кикучи Сабуро, — представился я уже привычным именем.

— Неправда, — мотнула головой женщина. — Только что ты мне солгал.

— Откуда ты знаешь? Ты же не провидица.

— Может быть и нет. Но носи ты фамилию Кикучи на самом деле — я бы знала, — твёрдо сказала незнакомка. — Но, так и быть, ты можешь попытаться снова. Или не пытаться вовсе.

Я вздохнул.

— Мёбиус. Моё настоящее имя Мёбиус. Этого достаточно?

Женщина медленно кивнула. Казалось, с каждой секундой она становилась всё веселее и веселее. Стуча по доскам своей обувью на деревянной подошве, незнакомка приблизилась ко мне и бесстрашно взглянула вниз, на бушующий водный поток.

— Достаточно. Так необычно. Мё-би-ус, — она будто бы попыталась распробовать моё имя. — Мне нравится, как это звучит. Из каких ты краёв? И лицо у тебя такое… другое.

— Я издалека, — уклончиво ответил я. — Так что на счёт тебя?

— О, ты можешь звать меня Мако. Я из Мусаси.

Понятия не имею, что за Мусаси, но задавать вопросы я не стал — всё равно из этого призрака ужасно сложно что-то вытянуть. До сих пор не понимаю, кто она такая: обычный образ в голове или настоящая душа, с которой я совершенно случайно связался? Не похоже, будто моей фантазии бы на это хватило — я вообще не из тех, кто легко и просто может выдумать что-то, к чему не имеет никакого отношения.

— Значит, Мако… — протянул я. — Откуда ты здесь?

— Откуда? Хороший вопрос. Уже и не вспомнить, — качнула головой женщина. — Может быть, я просто появилась не в то время не в том месте и оказалась моментально убита? Должно быть, так всё и было.

— Ты мертва, — заметил я. — Мы ведь не в загробном мире?

Мако задумчиво обмахнулась головой.

— А что если даже после смерти нам не дано узнать, что такое настоящий загробный мир? — спросила она, вместо того, чтобы отвечать. — С другой стороны, до сих пор я не встречала никого живого. Даже ты мёртв. Разве ты не видишь?

Сложно отрицать факт собственной смерти — я даже не знаю, отнести себя к живым или мёртвым. Вряд ли был прецедент, по которому я могу судить — мне вообще не кажется, что мертвецы часто попадают в чужие тела.

Какая ирония — пока что я ближе всего к злому духу. Не жилец, своего тела не имею, занял чужое и внедряюсь в общество. Ну хотя бы не с целью наесться человечины — уже хоть какая-то маленькая радость.