Операция была быстрой и простой, под местной анестезией. Сказали, через неделю Фима уже будет как новенький.

— Вы же воевали? Правильно? — Спросила медсестра.

— Ну, воевал.

— Ну вот. На фоне стресса и вида собственной крови у вас паничка и началась.

— А я и не знал, Фима, что ты крови боишься, — хмыкнул я.

— Я? Да че за глупости? — Уже вполне румяный Фима зарумянился еще больше. Смущенно отвел взгляд.

— Где, говорите, на вас напали? — Переспросила женщина. — Нам же надо все в милицию передать.

Я рассказал ей адрес, а до этого кратко обо всем произошедшем. В общем-то, объяснения с моих слов она и записывала, чтобы более-менее подробно растолковать о случившемся милиционерам.

— Так, со мной все будет хорошо? — Как-то недоверчиво спросил Фима.

— Хорошо. Только не забывайте вовремя приходить на перевязку, — не отрываясь от записи, проговорила сестра.

— Ну… Постараюсь, — потер шею Фима.

— Не волнуйтесь, — улыбнулся я. — Я прослежу, что б он ходил.

Когда мы были на ступеньках больницы и шли к машине, я сказал Ефиму:

— Вот видишь, шанс у тебя все еще есть. Если ты сам его не похеришь.

— Какой шанс? — Покривился он от боли, аккуратно ступая по ступенькам.

— Стать похожим на меня, Фима. Ну и поумнеть.

— Может, и есть, Витя. Может, и есть.

Мне казалось, Ефим смутится от моих слов, однако он всего лишь улыбнулся, глядя куда-то в небо.

Фиму я отвез домой, где его уже ждал Степаныч, которому мы позвонили из больницы. Кратко рассказав старику, что произошло, я засобирался забрать Марину с занятий. Однако сначала нужно было отогнать домой многострадальную пятерку, от которой я никак не мог избавиться.

Когда я вышел во двор Степанычева дома, очень удивился, увидев у моей машины… Вадима.

Сыщик стоял у пятерки, оперся задницей о крыло и курил.

— О, привет, Витя, — он глянул на свои командирские часы на черном кожаном ремешке. — Долго ты. Думал, выйдешь быстрее.

Вадим вообще выглядел теперь как-то иначе. Свой вычурный образ модного братка он сменил на более сдержанные джинсы, простую серую рубашку и легкую олимпийцу поверх нее. Золотые цацки и нелепые тяжелые часы он тоже, видимо, оставил дома.

— Мне не очень нравится, когда за мной следят, — проговорил я.

— Прости, — сразу посерьезнел сыщик и выпрямился. — Служба. Ничего не поделать. Мне надо было тебя как-то найди. Я слышал, что произошло на сервисе. Поехал туда, потом в больницу. Там увидел, как отъезжает желтая пятерка, точно такая, как описывали ремонтники из сервиса. Ну и погнал следом.

— Че не позвонил?

— Звонил, но тебя ж дома не было.

Я нахмурился и заглянул Вадиму в лицо. Тот беззаботно задрал брови и пожал плечами.