— Ну, — кивнул Тургулаев. — С длинной бородой.
— Борода у него щас короткая. Давно это было? — Спросил я.
— Года два назад. Банду мы взяли. Правда, с боем. Штурмовали их ОМОНом. Те не сдавались, отстреливались до конца. Все, кроме Лорсанова. Тот с еще двумя подельниками сбежал, прихватив часть бандитских денег. Бросил остальных, чтобы самому уйти. Ну и ушел. Сбежал, видать, в Чечню. Где-то на границе его след затерялся.
— Ну что. Твой это командир, да? Вот видишь, — я глянул на чеченца. — Тогда бросил своих. А теперь и тебя бросит.
— Вы все брешете мне, — оскалился боевик. — Брешете!
— Можешь не верить, но очень скоро ты сам это проверишь, — я хмыкнул. — За тобой никто не придет. Никто не будет сегодня штурмовать мою контору, чтобы вызволить тебя. Ладно, подполковник. Эта сволочь меня утомила. Неси свой телефон.
Вадим взял большой ящик с пола, отнес к стулу чечена, открыл.
— Ну теперь, сукин сын, я за тебя возьмусь, — мрачно проговорил Тургулаев, поигрывая железными скобами крокодилов. — Подключай клеммы, Вадим. Ща мы его подогреем.
— Нет, подождите. — Остановил их поникший чеченец. — Я не хочу отвечать за все один. Я расскажу.
Глава 17
— Ну что там? — Женя привстал с диванчика, который уже разместили в комнате отдыха для охраны. — Раскололи?
— Да. Он все рассказал, — проговорил я, когда мы поднялись на верхний этаж. — Сегодня в десять часов. Старый мехток в хуторе Подлесном. Там у них и случится передача оружия.
— Глухое место, — задумался Степаныч. — Две с половиной улицы, ну и сам ток на отшибе. Понятно, почему они решили провернуть все там. Лишнего внимания тут не привлечёшь, даже если очень постараешься.
— Дальше дело за нами, — сказал Тургулаев, — милицию я уже вызвал. Сейчас за чеченом приедут. Подготовим операцию и вечером возьмем их тепленькими. Но дело будет сложное. Чечены так просто не сдадутся. Нашим бойцам из ОМОНа придется постараться.
Произнес все это подполковник с таким кислым лицом, что на него даже было неприятно смотреть. Он был совсем уж не в духе. Вероятно, из-за того, что очень уж ему хотелось попытать боевика, и то обстоятельство, что чечен признался практически добровольно, расстроило Тургулаева. А может быть, причина была в чем-то другом. Сказать наверняка я не мог.
— Там будут и мясуховские, — напомнил я.
— Будут, — подполковник вздохнул. — Так что масштаб всего действа расширился. Если повезет, возьмем вместе с поставщиком еще и твоих бандитов. Но вряд ли там появится кто-то значительный. Скорее всего, работать будет только какая-нибудь мелкая сошка.