— Сам ты мразь! — Злобно крикнул он.

— Только на это у тебя тяму и хватает? — Ухмыльнулся я недобро. — Обзываться, как какое-то дите?

Я поднялся, посмотрел на него сверху вниз. Чечен поднял на меня взгляд темно-карих глаз. Теперь я видел, что он боится еще сильнее, чем раньше. А еще колеблется.

— Нет, — буркнул чечен. — Не убивал.

— Врет, — проговорил Тургулаев.

— Может, и врет, — пожал я плечами. — Ну вы же это все равно выясните.

— Обязательно…

— Не вру, — проговорил он. — Не довелось.

— А людей убивал?

— Не знаю. Стрелял. А что б убить, не знаю.

— Значит, ты у нас просто солдат получаешься. А как к этому Алиму попал? Почему он тебя взял в свой отряд?

— За меня отец попросил, — проговорил чечен. — Вот и взяли.

— Отец тоже у него служит?

— Нет, — покачал головой он. — Он пастух.

— Видать, семья у тебя бедная, — продолжал я. — Живете небогато. В какой-нибудь деревухе. Хоть баранов двадцать у вас наберется?

— Нету у нас скотины, — кисло проговорил он.

— А что ж так?

— На мины зашли.

— Печально, — покивал я. — И значит, ты решил, что, приехав в Россию, ты тут подзаработаешь да укатишь домой уже богатый. Как Алим, командир твой.

Парень нахмурился.

— У него, видать, и дом большой. И машина, на которой вы катаетесь, тоже его. Ездит из России в Чечню, продает там оружие на местном черном рынке. С того и живет. Тоже так хочешь?

Чечен не спешил отвечать и в этот раз.

— Ну конечно, хочешь, — вздохнул я. — Хочешь быть богатым, уважаемым. Да только не понимаешь, что все это твое богатство на крови твоих же людей строится. На крови чеченцев, которые сейчас рвут друг друга. А ты им в этом помогаешь. Так какая ж тут свободная Ичкерия получается, а? Идейный ты наш.

— Мои братья меня заберут, — ответил он злобно. — А вас всех зарежут как собак.

— Ну, или они свалят домой вместе с оружием сегодня ночью, — пожал я плечами. — А ты останешься гнить в российской тюрьме. Ну что поделать. Твой Алим заработает денег на жизнях твоих же сограждан, а ты останешься тут, в России. Не такая уж большая жертва ради благополучия Алима Исмаиловича, а?

— Исмаиловича? — Удивился Тургулавев. — Алима Исмаиловича Лорсанова?

— Фамилии он не сказал, — покачал я головой.

— Лорсанов, — снова задумался Тургулаев. — Я его знаю. Служил в советской армии. Потом вернулся в Чечню. Как-то было у нас дело одно. Чеченскую банду на территории ставропольского края обезвреживали. Те там зверствовали как надо. Рэкетом занимались, потом стали похищать людей, выкуп требовать. Этот Алим Измаилович был тут тогда одним из главарей.

— Он невысокий такой, лысый.