Мы с Мариной разместились в центре зала, и девушка тут же протянула мне программу, написанную от руки на плотной картонке.

— Будет интересно, — сказала она. — Тебе понравится.

Свет в вычурных настенных фонарях погас, и отварили занавес. На сцене бедненькие декорации изображали комнату аристократического имения. Спустя мгновение туда вышли молодая девушка со свечой в руках и мужчина с книгой.

Как я прочитал в программке, это были горничная Дуняша и купец Лопахин.

— Пришел поезд, слава богу. Который час? — начал Лопахин громким, высоковаты голосом.

— Скоро два, — ответила девушка и погасила свечу. — Уже светло.

— Ты читал Вишневый сад? — Спросила Марина.

— Еще в школе, — признался я.

— Ну, значит, все забыл! Тебе точно понравится!

Когда спектакль кончился, и толпа народу принялась продвигаться к выходу, я шепнул Марине:

— Отойду. Подожди меня здесь.

Марина, видя, что мой взгляд направлен к мужскому туалету, кивнула. Вместе мы отошли в сторону от основного потока посетителей, и девушка стала у дверей женского.

— Ты не уходи без меня, — сказала она. — Я, наверное, тоже пойду.

Я прошел в туалет, к которому стояла немалая очередь. К счастью, продвигалась она быстро. Мужчины активно шли на выход, и спустя минуту, я уже попал внутрь. Было тут чистенько, но старенько: кирпичные перегородки, покрытые кафелем, с железными очками в полу, единственный умывальник с зеркальцем, покрытые старой грязноватой плиткой стены. У умывальника народу толпилось чуть не больше, чем на входе.

Не успел я войти в кабинку, как увидел знакомое лицо и напрягся. Маленький Чоба, вырядившийся в костюм, вышел из-за покрытой бледным кафелем перегородки, не стесняясь, застегнул ширинку. Потом вальяжно прошел к умывальнику, расталкивая мужчин.

— Тороплюсь я, — гаркал он с армянским акцентом. — Жена ждет!

Народ расступался перед его грузной фигурой, и последним из них был старичок, едва подступивший к раковине. Старик испуганно глянул на Чобу, уступил ему место.

Я насторожился. Не уж то авторитет решил устроить своему семейству культурный отдых? При других обстоятельствах, я бы и глазом не моргнул, но сейчас понимал, что за этим человеком тянется настоящий шлейф из неприятностей. Если он здесь, могут начаться и проблемы с мясуховскими. Мало ли что. От Горелого можно ожидать чего угодно. Я зашел в свою кабинку, краем глаза увидел, как Чоба проходит мимо, к выходу.

Когда и я выбрался из туалета, Марина ждала меня у дверей.

— Пойдем, — сказал я. — Лучше нам быстрее уехать.

— Что-то случилось? — Удивилась Марина.

— Нет. У меня дела появились. Могу пропустить важный звонок.