— Ну, давай только по-быстрому, — сказал Шелестов и вышел из машины.

Выйдя следом, я пошел не к калитке, как сделал Саня, а к куче тряпья, что оказалась живым человеком.

— Вить, ты чего? — Обернулся Шелестов, едва тронув калитку.

Опустившись рядом с незнакомцем, я отодвинул со лба его старую ушанку. Глянул на грубое лицо.

— Ну кто там? — Подошел за спиною Шелестов. — А! Так это ж дядя Сережа Измайлов. На автобусе работал, а как уволили, так забухал. Ты не переживай, он мужик закаленный. Э! Дядь Сереж! — Крикнул Шелестов.

Мужчина не отреагировал. Ни одна мышца на его лице не дрогнула. Я тронул ему шею. Почувствовал ровный пульс.

— Живой, — проговорил я.

— Ну и отлично. Пойдем. Времени мало. А он щас оклемается. Дядь Сережа, он такой: идет с пьянки, бухнется где-нить. Полежит-полежит и встает. Дальше идет.

— Он тут живет?

— Ну да. Во дворе, третий дом, — ответил Шелестов.

Нельзя его тут бросать. Сам идти он не сможет, а к утру замерзнет насмерть. Так что я решил затянуть его домой. Шелестов должен знать, в каком жакте он живет. Я похлопал мужика по карманам шубы. Забрался в один и вытянул короткий ключик на веревочке. Встал.

— Хватай. Донесем его до дома.

— Вить, ты чего? — Удивился Шелестов. — Да он щас встанет! Дядь Сереж! Вставай!

Мужик зашевелился, что-то пробурчал под нос.

— Во! Видишь⁈ Нормально все с ним. Не пропадет. А если ты его щас потащишь, так мы точно опоздаем, вон сколько времени уже!

Шелестов задрал рукав куртки, показал мне свои механические Оrient три звезды. Ох и гордился он этими часами. Рассказывал всем, что подарил их ему американец, с которым познакомился Шелестов где-то в Москве, когда гостил у родственников.

— Хватай, говорю, — сказал я, взяв мужика за руки.

— Витя, да ты че⁈

— А, черт с тобой, — проговорил я и потащил его сам.

Мужчина заурчал что-то невнятное, когда я вытянул его тело из сугроба. Пнув ногой калитку, я втащил пьяного во двор.

— Ну мы с тобой точно опоздаем! Чего ты вообще такое творишь⁈

Шелестов все же схватил мужика за валенки, с трудом оторвал от земли. Так, мы и потянули его к ближайшему жактику, где в крохотном окошке горел свет. Дорогу показал Шелестов, знал, где живет мужчина.

На пороге я постучался. Открыли почти сразу. Из-за двери выглянула и удивленно уставилась на нас полная женщина в теплом жилете и простой юбке.

— Ваш? — Спросил я, кивая на пьяного.

— Сережа! Что с ним⁈ — Испугалась женщина

— Пьяный. Упал, до дома не дошел. Но не переживайте, живой.

Опять упал! Скорее, вносите его внутрь! Давайте!

Суетясь, словно курица, женщина широко распахнула дверь, посторонилась, чтобы мы вошли.