Штурмовая группа принялась выбивать остатки окон, входить внутрь. В Подсолнухе немедленно раздался автоматный огонь, но теперь ему в ответ зазвучали скудные пистолетные выстрелы. Банда, которую взяли врасплох, старалась отбиваться. Правда не вся. Я видел, как несколько человек свинтили из забегаловки через боковое окно.

Моя машина, как назло, находилась аккурат справа от оставшихся на улице бандосов. Если бросимся к ней сейчас, то рискуем угодить под внезапный огонь. Они вряд ли будут разбирать, кто есть кто. А я и вовсе — фактурная мишень. За случайного прохожего меня принять сложно. С такой-то внешностью.

Грянула новая очередь и Наташа завизжала.

— Тихо-тихо, — успокоил ее я. — Сейчас мы выберемся.

Внезапно в кафе бабахнуло так, что мы разом припали почти к земле. Остальные братки сорвались с места и снова открыли огонь. По ним повели ответный, и один из бандитов согнулся, раненный в живот.

— А-й-а-а-а! — Заорал он. — Пацаны! Маслину поймал!

Бандит осел, и его тут же оттянули куда-то за соседнюю машину, а потом бросились в бой.

Я выждал, пока все не скроются в Подсолнухе и крикнул:

— Давай за мной! Только аккуратно!

Вместе с Наташей, прячась за машинами, мы стали быстро продвигаться к моей пятерке. Когда добрались, я тут же принялся искать ключи, но услышал крик:

— Ай, мля… Хреново мне, постой!

Сначала я думал, что это кричал раненый человек Кулыма и потому бросил взгляд на него, но бандит уже затих, прислонившись спиной к колесу чьей-то машины.

Источник крика я распознал быстро: это были два каких-то мужика, быстро обходивших кафе с другой стороны. Оба были ранены: первый худощавый и высокий бежал, пригнувшись, с левой рукой, странно отведенной немного назад, другой, был ранен в живот и отставал, еле волочил ноги.

— Подожди! Не бросай! — Кричал он убегающему следом.

— Женя? — Уставилась Наташа на приближающихся к нам незнакомцев. — Женя!

Она, было, бросилась туда, к ним, но я тут же схватил ее.

— Куда ты? Там стреляют!

— Мой брат! Это мой брат! — Кричала она, под новый грохот очереди в кафе.

Я зажал ей рот рукой, стал оттаскивать за багажник, чтобы эти двое не увидели. А все потому, что заметил у мужика с вывернутой рукой пистолет.

— Там мой брат! Мой брат! — Мычала у меня в руках Наташа.

— Пойдешь туда — умрешь, — сказал я тихо. Потом выглянул, чтобы посмотреть, что они делают.

Эти двое пробирались по парковке и дергали ручки всех машин, которые им только попадались, видать, хотели найти открытую.

— Я больше не могу… — Услышал я, когда они уже были близко. — Не могу уйти, помоги…