— Случайно, — не менее холодно ответил я.

— Марат Игоревич просил вас подождать его здесь, пока он не закончит дела. — Сказал, не сразу, после недолгого молчания он.

— Да уж обойдусь как-нибудь, — ответил я.

— Марат Игоревич настаивает.

— Будете нас заставлять, или как? Силой затяните, — Я хмыкнул. — Тех, кто спас его внучку?

Некоторое время он снова стоял молча.

— У вас есть оружие? — Спросил он вдруг.

— Есть.

— Марат Игоревич распорядился разрешить вам его оставить. Тем самым показать, что доверяет вам и благодарит за то, что вы… — он раздул ноздри своего тонкого носа. — Что вы спасли Марину.

Я глянул на Женю, у которого сзади, за поясом была Берета, скрытая ватником. Он же глядел на братков безэмоционально и спокойно.

— Марат Игоревич хотел бы с вами переговорить. У него кое-что для вас есть, — добавил набриалиненный.

— Ну что ж. Если хочет на таких условиях, то давай поговорим, — ответил я.

Парень сузил глаза и немного подался ко мне. Заговорил мерзким тоном:

— Но учти — без глупостей. Я буду смотреть за тобой в оба глаза.

— Тебе поручили найти ее, да? — Спросил я, проигнорировав слова набриплиненного.

— А тебе какое дело?

— Если смотрящий в оба глаза из тебя точно такой же, как и спасатель похищенных девушек, то я спокоен.

Набриалиненный потемнел лицом, но ничего не сказал.

— Ну? Куда нам? — Спросил я. — Ведите.

Грааль был довольно большим рестораном. За просторным обеденным залом и кухней располагались шикарные гостевые для особенных посетителей. Дальше пролегли не столь шикарные кладовые, бухгалтерия. За ними самые шикарные комната отдыха ну и приемная. Кулым отгрохал тут себе кабинет. Деньги у него точно водились.

Нас с Женей как раз и привели в эту самую комнату отдыха. Просторная, выполненная в стиле классицизма, она была наполнена дорогой деревянной мебелью. Посреди комнаты же стоял аккуратно убранный бильярдный стол. Шары спокойно покоились в своей треугольной рамке. На стене же в специальных держателях висели кии для игр.

— Ты гляди, — буркнул Женя и кивнул на бильярд — я такое добро только в кино видал.

— Красиво жить не запретишь, — суховато заметил я.

Миловидная молодая официантка принесла нам кофе американо в дорогих чашечках. Я принял его с благодарностью, а Женя сказал, что не хочет сейчас.

— Я не пью такой горячий, — сказал он, подув на кофе. — Но, можно я поставлю, подожду, пока остынет?

— Ну… Да, конечно, — смутилась официантка такому странному вопросу. — Вы можете поставить сюда, на кофейный столик.

— Спасибо, — улыбнулся ей Женя и со стуком поставил чашечку на лакированную деревянную столешницу.