Вот взять хоть бы его выпады на грани оскорбления в ее адрес. А этот поцелуй сегодня в парке? После такой страсти, огня и напора он просто испугался и сбежал.
— Ведет себя как пацан, а самому тридцать три года.
Лаура прошла до окна, выглянула во двор, сделала еще глоток вина и снова чуть не подавилась. Из автомобиля, припаркованного у клумбы, вышел Матвей. На город уже опустились сумерки, но Анисимова узнает силуэт бывшего любовника даже в кромешной тьме и густом лесу.
— Вот же черт!
Спряталась за шторы, а потом побежала, спотыкаясь, выключать свет. Странно, но ее телефон молчал, а это значит, что Макаров устал писать и решил приехать сам. Вот что за противный мужик? Стоило послать куда подальше, так он начал проявлять активность, а это надо было делать раньше.
Девушка, вцепившись в бокал вина, стояла у входной двери и прислушивалась к любому шороху за ней, но пока было тихо. Но когда неожиданно и громко прозвенел звонок, вздрогнула.
— Лаура, открой, я знаю, что ты там. Нужно поговорить.
Господи, ну до чего тупой и упертый.
— Лаура! Я сказал, открой! Я приказываю!
А вот когда Анисимовой кто-то что-то приказывал, она не выносила больше всего. Лаура могла терпеть нападки, не всегда, конечно, могла проглотить оскорбления, сказанные сгоряча, но только не приказы и такой тон.
Включила в прихожей свет, открыла дверь и с вызовом посмотрела на бывшего любовника:
— Я не поняла, ты кому приказываешь? Ничего не перепутал? Давай вали домой и командуй женой, командир хренов.
— Лаур, ты чего разошлась?
— Это я еще спокойна. Я тебя не ждала.
Матвей наблюдал за девушкой, даже в гневе она была прекрасна, почти как в сексе. И он просто так ее не отпустит, приручит снова, а способы подойдут любые.
— Я ведь мириться пришел, сказать, что был не прав, что много чего лишнего написал, а сейчас хочу свою сладкую пышечку.
— Так, только вот без этого всего, у меня есть жених.
— Это кто? Тот таксист ниже тебя ростом?
Лаура поморщилась, да, с таксистом Тиграном выходило как-то несолидно, он ни страха не вызывает, ни уважения. И вообще, почему ей нужно врать, чтобы Матвей отстал? Может, потому что он, как животное, должен понять, что она теперь чужая самка и он не имеет на нее никаких прав? Ох уж этот суровый животный мир.
— Нет, это не Тигран, это совсем другой человек, ты не знаешь.
— Даже так? И где он сейчас? В квартире, это вы с ним пьете вино?
Матвей указал на бокал, кивнул за спину Лауры, любуясь девушкой. На ней были широкие бежевые домашние легкие брюки и белая футболка, под которой точно не было лифчика, это выдавали торчащие соски.