– Дело не в этом! – Я не могла видеть, как он печалится. Почему мне стало так не по себе от того, что он грустит? Даже сердце вдруг заныло. Я подошла к нему и села рядом. – Ты меня не обижал. Просто твои слова меня немного обескуражили.
– Почему? – Се Юнь поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. Они у него такие темные, что в них, как в зеркале, можно увидеть себя. – Я просто хочу, чтобы мы с тобой стали ближе. Ты ведь мне правда нравишься. Я люблю тебя.
– Се Юнь, а что, если это просто твое чувство благодарности? Вдруг ты спутал любовь с ним? – Такое ведь и правда возможно. Потом он поймет это и разочаруется. А у меня будет разбито сердце.
– Ты неправа. – Он покачал головой, взял меня за ладонь и прижал ее к своей груди. Когда мои пальцы коснулись его обнаженной кожи, у меня перехватило дыхание. Кажется, я говорила, что меня невозможно смутить. Я была неправа.
– Чувствуешь, как бьется мое сердце? – прошептал муж, наклоняясь к моему лицу. – Оно так бьется из-за моей любви к тебе.
У меня пересохли губы. Я попыталась вытащить ладонь из его хватки, но длинные пальцы Се Юня сильнее сжали ее.
– А-Нян, – его хриплый голос заставил меня поднять голову, чтобы посмотреть на него.
– Что?
– Ты краснеешь, – сказал он с хитрым блеском в глазах, а потом расхохотался.
Я почувствовала, как жар поднимается к лицу, и решила, что оставаться здесь еще хоть на секунду – это слишком.
– Дурак, – пробормотала я, вырывая руку из его пальцев.
– Куда ты идешь? – спросил Се Юнь, выходя из комнаты, в которой стояла ванна. Я как раз к этому моменту успела сменить повседневную одежду на наряд для тренировки. Пока я мылась, служанки перенесли мой сундук с вещами в комнату Се Юня и поставили его за ширму. Надо будет сказать им, чтобы вернули на место.
Но прямо сейчас мне хотелось выбить всю романтическую дурь из головы, а сделать это лучше всего во время тренировки.
– Собираюсь немного попрактиковаться, – ответила я, доставая из сундука меч. Се Юнь тут же улыбнулся.
– Тогда я присоединюсь к тебе. Я давно не брал в руки оружие.
Я опешила.
– Но ты еще болен и слаб. Вдруг ты причинишь себе вред?
– Я нес тебя домой от самого павильона «Золотая лилия», не так уж я и слаб. – Се Юнь напомнил мне о моем фиаско с выпивкой. Если он и правда принес меня домой, то слабаком быть точно не мог. Я обреченно вздохнула. Он ведь не откажется от этой затеи?
Я подождала, пока Се Юнь переоденется, и мы вышли в сад в задней части двора.
Вечерний воздух был прохладным, я зябко передернула плечами. Но когда увидела, как Се Юнь разминается перед тренировкой, меня обдало жаром.