Выходить через дверь или окно в комнате я не рискнула. Но оставалось еще одно место, откуда теоретически можно было выбраться наружу. Небольшое окошко в комнатке, где хранили вещи и постельное белье. Оно служило для вентиляции и было маленьким. Но, вероятно, я смогу выбраться через него.
Я заприметила окошко утром, когда переодевалась, но не решилась использовать сразу. А сейчас как раз подвернулась возможность.
Правда, пришлось переодеться. Снять красивый верхний халат и заменить его тем, что попроще и потоньше. Но и в нем было довольно трудно протиснуться в окошко. Пришлось приложить усилия, чтобы выбраться наружу.
Во дворе было тихо. Окошко выходило на ту сторону, где ни слуг, ни стражи не было. Я на цыпочках прокралась вдоль стены и выбралась в основной двор. Оттуда, стараясь быть незамеченной, скользнула к стене.
До меня донеслись приглушенные голоса снаружи. Кто-то громко ругался. Медленно, стараясь не производить шума, я прокралась ближе и спряталась за стеной, чтобы видеть, что происходит.
К счастью, стража, которая охраняла вход, вышла за ворота, и меня никто не заметил. Из своего укрытия я наблюдала за тем, что происходило на улице.
Се Юнь находился напротив военного министра. Я не могла увидеть выражение его лица, но стоял он прямо и уверенно. Совсем не боялся своего властного дядю.
– Ты пожалеешь об этом, – голос министра был низким, угрожающим. – Ты не понимаешь, с кем связался.
Се Юнь казался абсолютно спокойным.
– Напротив, понимаю, – его голос был ровным, бесстрастным.
– Понимаешь? – Министр захохотал. – Если бы не я, где бы ты сейчас был?
Се Юнь не ответил. Он что-то медленно достал из рукава и сжал в руке.
Я сдержала дыхание.
Министр тоже заметил это движение и усмехнулся.
– Что, решил угрожать мне? Ты все еще слишком слаб, Се Юнь. Ты ведь знаешь, что без моей поддержки ты никто.
Се Юнь не изменился в лице, но его следующая фраза прозвучала спокойно, почти лениво:
– Это мы еще посмотрим.
Министр резко вскинул подбородок, но в этот момент раздался приглушенный вскрик.
Я резко выдохнула.
Один из слуг министра пошатнулся, хватаясь за грудь, а потом рухнул на землю. Я увидела темное пятно, растекающееся по его одежде.
Смертельный удар.
Министр замер. Его лицо исказилось гневом и… мгновенной вспышкой страха.
– Ты… – его голос стал тише, но гораздо опаснее. – Ты понимаешь, что только что сделал?
Се Юнь склонил голову чуть набок, будто оценивая его реакцию.
– А ты понимаешь, кому угрожаешь, дядя? – его голос был ледяным.
Я не могла отвести взгляд от него.
Он только что убил человека.