Се Юнь вздохнул.
– Я люблю тебя, А-Нян.
– И что? Это позволяет тебе держать меня взаперти?
– Совсем скоро я закончу все свои дела, и мы уедем отсюда.
– Какие дела? – Я отодвинулась от него и скрестила руки на груди. – Ты ничего не хочешь мне рассказывать. Но при этом от меня требуешь, чтобы я беспрекословно тебя слушалась и делала то, что ты хочешь.
– А разве ты разговаривала со мной все это время? По-моему, это ты играла в молчанку.
Я возмущенно надула губы. Это правда было так, но он ведь и сам не торопился объясниться со мной.
– А-Нян, – ласково произнес он мое имя, – я не хочу, чтобы тебе было плохо, но прямо сейчас у меня нет другого выхода. В ситуации, в которой мы оказались, нельзя действовать безрассудно.
– В какой ситуации?
Се Юнь тяжело вздохнул, будто у него на плечах лежали заботы обо всем мире.
– Дядюшка злится и пытается через императора повлиять на меня.
Услышав, что в дела семьи Се впутывают императора, я напряглась. У военного министра была власть, дарованная ему императором. А Се Юнь – просто генерал, которого легко сместить и отправить куда-нибудь на верную смерть. Сумеет ли Се Юнь что-то противопоставить военному министру? Может быть, мне…
– Видишь, ты уже начала переживать и думать, как помочь мне, – довольно точно заметил Се Юнь.
– А что ты предлагаешь? Сидеть здесь взаперти и ждать, пока ты что-то сделаешь?
– Просто положиться на меня, я сам могу все решить, – мягче сказал Се Юнь. Но потом его интонация изменилась. Он стал говорить тверже, увереннее. – А-Нян, мне не всегда нужна твоя помощь. В конце концов, я же не ребенок. Я взрослый мужчина.
Я даже засомневалась. Неужели я правда пытаюсь решить все, потому что подсознательно опекаю его?
Руки Се Юня легли мне на щеки, и до того, как я возмутилась, он запечатлел на моих губах поцелуй. Мои глаза чуть округлились от неожиданности. Я даже не сразу сообразила, что мне надо сопротивляться.
А Се Юнь не стал упускать момент и углубил поцелуй, властно прижимая меня к себе. Его губы были настойчивыми, горячими, проникающими в самую суть, разрушая мои попытки сопротивляться.
Я почувствовала, как его пальцы медленно скользнули вниз, по линии моей шеи, к плечу, вызывая предательскую дрожь во всем теле.
– Се Юнь… – я попыталась протестовать, но голос прозвучал слишком слабо, почти умоляюще.
Он чуть отстранился, но не убрал рук. Его теплые пальцы все еще касались моей кожи, а темные глаза пристально вглядывались в мое лицо.
– Хочешь, чтобы я перестал?
Я прикусила губу. И хочу, и не хочу. Сама себя не понимаю. Се Юнь глубоко вздохнул и улыбнулся.