Нет-нет-нет. Если я хочу сохранить свою жизнь, от мужчин нужно держаться подальше. До добра они меня не доведут.
Я решительно тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Сейчас не время думать о подобных вещах. Надо быть твердой и собранной и не поддаваться эмоциям. Я взрослая, опытная женщина, в конце концов. И не питаю страсти к хилым и больным.
Когда я вошла в свою комнату, Се Юнь сидел на кровати. Он все еще выглядел немного бледным, но на щеках появился легкий румянец. Это меня немного порадовало. Видеть его умирающим было пугающе.
Он повернул голову и, заметив меня, слабым голосом спросил:
– Куда ты ходила?
– Получила от матушки разрешение на поездку в Вейчжоу. Если останемся тут, ты умрешь. А если поедем туда и найдем яд, которым тебя отравили, сумеем приготовить противоядие.
– Думаешь, это возможно? – спросил Се Юнь. Я с уверенностью кивнула.
– Конечно.
Се Юнь молча посмотрел в окно. Он не радовался. Скорее оставался равнодушным к этой новости. Может, не верил, что все получится? Ничего, когда мы приедем в столицу и найдем яд, он поймет, что я никогда не сдаюсь и выполняю свои обещания.
– Кстати. – Я прошлась по комнате и села за стол. Налила себе чай и медленно сделала глоток. – В столицу мы поедем не одни.
– Не одни?
Я раздраженно вздохнула. От одной мысли о княжиче у меня портилось настроение.
– Матушка не хотела отпускать нас одних. Поэтому княжич Бай вызвался сопроводить нас до столицы.
– Княжич Бай? – Се Юнь на секунду нахмурился, но быстро взял себя в руки. Его голос звучал тихо, однако в нем слышалось удивление.
– Почему он решил помочь?
Я почувствовала, как в груди снова поднимается раздражение.
– Почему? – с легким сарказмом повторила я. – Потому что он княжич. Ему нравится вмешиваться в чужие дела. Наверное, это разнообразит его жизнь. А может, ему просто нечего делать, поэтому он решил полстраны пересечь ради забавы.
Губы Се Юня дрогнули в улыбке. Но он сдержался, все-таки не дав волю эмоциям.
– В общем, в столицу он поедет с нами. И поделать с этим мы уже ничего не сможем. Или так, или матушка нас не выпустит с горы. А бежать отсюда – дело гиблое, – сказала я, вздохнув, а потом глянула на мужа и добавила: – Для тебя.
– У меня нет возражений, если так нужно, то пусть будет так, – ответил Се Юнь. – Но у меня есть просьба.
– Какая?
– В городе под горой в гостинице остались мои вещи и слуга, – хрипло произнес Се Юнь. У меня от удивления приподнялись брови. Как я об этом не подумала? У него же должны быть слуги и сопровождающие в его путешествии. – Он, наверное, уже обыскался меня.