Я осторожно подобрался к смотровой щели и посмотрел в бинокль. Ещё есть время до второго залпа из главного калибра ригг.

Видел поле боя хорошо, всё подсвечено сигнальными ракетами. Два Паладина шли, принимая весь огонь на себя. Два Катафракта во второй линии поддерживали наступление ракетами и стрельбой из соток. По ним стреляют, но без особого результата.

— Приоритет — Паладины, — приказал я.

Майор подтянул к себе радиста, который переносил рацию на спине, снял трубку и принялся туда орать.

Снаряды из тяжёлых орудий лупили по броне ригг, но Паладины держались. Шли медленно, длина шага всего на одну пятую. Пушки палили по ним уже прицельно, по ногам и орудийным платформам. Но крепкие шагоходы были рассчитаны и не на такое.

Рядом с ними сновали Уланы, которые казались совсем мелкими. Но эта другая модификация, там более длинные пушки, да и броня покрепче.

Паладины — это проблема. В этой ситуации есть две тактики. Подпустить ригги в упор и выстрелить по ногам из самых больших пушек или мешать стрелять им самим, постоянно ведя огонь по кабине.

Враги тоже в курсе такого ответа, наверняка читали мои же руководства. Если бы у них было больше Паладинов, они бы пошли на прорыв. Сейчас их всего два, но они спокойно себе вели огонь с дистанции. Сейчас самое время для залпа из главных калибров.

Взрыв раздался совсем рядом с нами. Я отпрянул подальше и потёр звеневшее ухо. Следом взорвалось что-то ещё.

— Взорвали орудие! — доложил мне майор, громко крича. Лицо у него стало чумазым от грязи и пыли. — В соседнем бункере!

Я вернулся к осмотру. Паладины — это проблема. И если её не решить…

Взрыв раздался вдали. Правая рука одного из Паладинов оторвалась и рухнула на землю. Было видно струю сжатого воздуха, выходящую из разорванных труб пневмомагистрали. Оба Паладина пошли вперёд, переключившись на полный шаг.

Да, понятно почему. Отступать в такой ситуации для них смерть, ведь задом они идут очень медленно, а поворачиваться спиной к пушкам — это смерть. А в нападении есть хоть какой-то шанс выжить.

— Ищейка докладывает о прибытии! — закричал адъютант, держа трубку радиостанции.

— Пусть Эквиты идут в бой! — приказал я. — Нельзя дать Паладинам прорваться!

Вражеские шагоходы продвигались вперёд. Один остановился и скрылся в целом облаке огня. Донеслись взрывы. Над нашими головами пролетали ракеты, которые выпустили Эквиты. Чистилище, очень точные ракеты, били без промаха. Грохот стоял такой, что оставалось только прикрыть уши.

Один Паладин, которому оторвало руку с орудиями, остановился на полушаге, получив попадание. Противовесы внутри его выровнялись, чтобы он не опрокинулся, но дальше он не шёл. В корпусе, там, где располагалась кабина, теперь была видна огромная дырища, из которой било пламя. Так выглядело пробитие снаряда, выпущенного из главной пушки Ищейки.