Однажды Лата шла вдоль края хлебного поля, несла из леса корзину ягод. Их можно было продать на рынке и выручить немного денег. И вдруг Лата запнулась о какой-то камешек, торчащий прямо посреди дороги. Она чуть не упала, немного рассыпав ягоду. Тогда она присела и стала собирать ягоду обратно в корзину. А когда закончила, то обратила внимание, что тот самый камень, о который она запнулась, светится странным голубым светом. Лата хотела взять его в руки, чтобы рассмотреть внимательнее, но он оказался прочно вкопан в землю, и девушке пришлось немало потрудиться, чтобы его извлечь.

Камень оказался достаточно крупным, размером с ее кулак. И очень красивым. Когда девушка обмыла его в роднике неподалеку, то увидела, что он действительно ярко-голубого цвета, а из недр его медленно истекает какое-то таинственное свечение. Ничего подобного раньше Лата не видела. Она положила камень на раскрытую ладонь и подняла вверх, чтобы солнце осветило его своими лучами. И солнечный свет проник в него, свечение внутри стало заметно сильнее.

А Лату охватило вдруг невероятное спокойствие, и еще пришло ощущение какого-то внутреннего счастья. Впервые за долгое время девушка испытывала подобное чувство. Хотелось петь, танцевать, смеяться. И она засмеялась и даже запела — ту самую песню, которую когда-то в детстве пела ей мама. Лата не знала тогда, что какие-то крестьяне, работающие в поле, видели ее и внимательно наблюдали за всеми ее действиями. Но даже если бы она и заметила их, то не придала бы этому значения, потому что ничего предосудительного она не делала…

А затем случилось нечто странное. Небо почернело как-то мгновенно, сразу со всех сторон заполыхали молнии, гром ударил так, что Лата даже присела с криком ужаса. Молнии вокруг нее продолжали полыхать, они били не только сверху-вниз, но даже горизонтально — Лата собственными глазами видела, как искрящиеся кривые разряды то и дело вспыхивали над дорогой и над хлебным полем.

Потом Лата увидела, как небо разверзлось. И не в переносном смысле, а самом прямом — прямая светящаяся линия прочертила тьму над головой, словно пирог разрезали ножом и сдвинули две половинки. И из этого разреза потек темный туман, полетели какие-то странные огромные птицы, посыпались камни…

И хлынул дождь. Никогда такого дождя раньше не было. Возникло чувство, что где-то там, над облаками, находится какой-то неизвестный, но самый настоящий океан, и теперь он весь пытается вытечь в образовавшуюся прореху.

Дождь лил целую неделю без малейшего перерыва. Он был так силен, что даже просто выйти из дома не представлялось возможным. Некоторые, кто отваживался на это, так и сгинули без следа — должно быть их сшибло с ног и утянуло водяным потоком. А когда ливень прекратился, и вновь выглянуло солнце, то сразу же стало понятно, что с Гатлой произошло что-то невероятное.