Аромат стоял потрясающий, и Крас поинтересовался, не он ли является причиной постоянных визитов сюда стай голодных арахнусов, но именно в этот момент за окнами послышались крики:
— Все на стены! Это арахнусы, они атакуют! Все на стены!
Глава 23
— Что ж, мы почти успели поесть, — сказал кентурион, отодвинул от себя полную тарелку и вышел из-за стола. — Теперь важно самим не стать обедом… Вынужден откланяться, господа. И дамы… — он кивнул в сторону Ру и Латы, которая сменила свое драное измызганное платье на военный мундир, выданный ей Гроотом.
Крас тоже рывком поднялся со стула.
— Разрешите пройти с вами, кентурион…
— Не возражаю, если вы пообещаете мне не прыгать со стены вниз.
— Это я вам могу гарантировать!
Впрочем, остальные тоже не собирались оставаться за столом во время нападения на форт и отправились следом за ними.
На стену поднялись по деревянной лестнице. Узкими мостками, огороженными невысокими перильцами, двинулись вдоль частокола в сторону ворот, осматривая местность сквозь колья. Когда до ворот оставалось не более полусотни шагов, их остановил лохматый неандер с двумя арбалетами на плечах.
— Вот они, мастер, идут со стороны ледника…
Он показал одним из арбалетов куда-то вправо, и все посмотрели туда же, но в первую секунду ничего не увидели. Равнина, как равнина. Склон вулкана, полоска леса, стайка зауропод мирно пасется у зеленой рощи. Диплодоки, кажется…
А потом Крас увидел. Прямо за этой самой рощей что-то двигалось. Пока еще трудноуловимое, невнятное, но там явно что-то было… А потом оно вырвалось из-за деревьев стремительным темным потоком, и тогда диплодоки бросились бежать. Впрочем, «бросились» –сильно сказано, поскольку эти огромные тяжеленные туши были неповоротливы и медлительны, и даже на то, чтобы просто развернуться у них ушло слишком много времени. Да они и сами это уже поняли, потому что в панике трубно загудели, заголосили, замахали своими длинными хвостами, пытаясь сбить несущихся прямо на них хищников.
Кое-какой эффект от этого все-таки был: несколько арахнусов кувырком полетели по сторонам, тут же исчезнув под где-то под лапами своих соплеменников. Но и только… Остальные твари в считаные секунды настигли медлительных зауропод, и вот тут-то и началась кровавое представление.
Поначалу диплодоки еще пытались бороться. Они крутили шеями и хвостами, стараясь отбиваться от карабкающихся на их спины арахнусов, но это мало помогало. Самый мелкий из зауропод — подросток, вероятно — не выдержал первым. Он вытянул вверх шею, протяжно заголосил и завалился на бок, подняв клубы пыли. Несколько арахнусов тут же запрыгнули ему на спину, замелькали когтистые лапы — и отделившаяся от туловища шея рухнула вместе с маленькой головой, как спиленное дерево. В стороны полетели фонтаны зеленых брызг. Упавшая на землю шея еще некоторое время извивалась, как змея. Туловище тоже шевелилось, подергивая лапами, но недолго, и вскоре замерло, только хвост дергался в рефлекторных конвульсиях. А вскоре убитого диплодока разглядеть уже было невозможно — его полностью облепили арахнусы.