Но на утро никто из них не помнил того, что происходило ночью. Люди находили изрубленные останки и не моги поверить, что это дело их собственных рук! Первое время мертвяки пытались их в этом убедить, но наткнулись на стену недоверия и прекратили свои попытки. Они предпочли больше не упоминать об этом, в надежде, что такое никогда больше не повторится.

И не повторялось… До следующего полнолуния.

А потом за Латой пришла стража и вытащили ее прямо из постели. Те самые крестьяне, которые были на том хлебном поле в «день потопа», заявили в суде, что собственными глазами видели, как она занималась колдовством с волшебным голубым камнем в руках. И произносила при этом некие заклинания, после которых небо сразу разверзлось, и нагрянули в Гатлу все известные беды.

Лата пыталась уверить высокий суд, что все это выдумки суеверных крестьян, что колдовать она не умеет, а все эти пресловутые заклинания — ни что иное, как детская песенка, которую мама пела ей в детстве.

Она даже попробовала напеть ее прямо в зале суда, но ее сразу заставили замолчать и завязали рот тряпкой. «Подсудимая пыталась околдовать членов высокого суда прямо во время заседания! — заявили обвинители. — Это ли не доказательство того, что она действительно является ведьмой и использовала свое колдовство с целью открытия адских ворот, коих как известно ровно семь, чтобы извести родной город вместе со всеми жителями?»

Суд принял этот факт во внимание, и на все последующие заседания Лата должна была являться с завязанным ртом.

Шансов оправдаться у нее отныне не было. К тому же в ее доме произвели обыск и нашли тот самый голубой камень. Он по-прежнему источал голубое свечение и явился последним доказательством того, что Лата Дисан является ведьмой. И спустя несколько месяцев после ареста судом был вынесен приговор: «Девица Лата Дисан двадцати весен отроду признана виновной по всем пунктам обвинения и приговаривается к смертной казни посредством усаживания ее на кол. Если в процессе казни названная девица не будет испытывать боли и не испустит дух, когда кол проткнет ей внутренности, то это будет считаться дополнительным доказательством ее колдовской сущности, и тело ее будет предано сожжению. Если же в результате казни девица все-таки умрет, то обвинения в колдовстве с нее могут быть сняты, и она милостиво будет захоронена на общем городском кладбище».

Лата была потрясена. «Вы все сошли с ума! — кричала она, сорвав со рта повязку. — Я не ведьма, я не умею колдовать! Я не сделала ничего дурного! Я просто пела песню!»