— Можете угостить огоньком?

Я подал ему коробок:

— Прошу…

Легба вытряхнул спичку, поджёг ее и поднёс к табачной скрутке, раскуривая сигару. Выпустил клуб сизого дыма и вернул коробочку мне:

— Благодарю вас… По сути, раз просьба такая пустяковая, то я, пожалуй, добавлю к ней бонус. От щедрот своих, так сказать…

Он снова выпустил густой клуб дыма, и земля ушла у меня из-под ног, унося сознание в чёрное ничто.

* * *

Я не сразу понял, что увяз в чем-то холодном и темном, словно кто-то облепил меня тяжелой влажной глиной и оставил высыхать ее поверх тела.

Кое-как я сумел сделать шаг вперед и в какой-то момент ощутил невероятную легкость. И в ту же секунду буквально вывалился из тесного плена и оказался на полу. Холодном и вполне себе реальном каменном полу.

— Ну, здравствуйте, господин хороший! — послышался осипший будто ото сна голос. — Не стоит валяться на стылых камнях, так недолго и почки застудить. Или чего более ценное.

Я подскочил, как ужаленный, и выпустил из себя спасительную тьму. Та выскользнула наружу почти прозрачной дымкой и тотчас растаяла.

— Что за…

— Не надо сквернословить, юноша! — строго оборвал меня незнакомец.

Я наконец рассмотрел его. Это был высокий широкоплечий мужчина с давно небритым лицом и проницательными бледно-голубыми глазами. Внимательно глядя на меня, он задумчиво почесывал подбородок под густой бородой.

— Забавно, давно не видел проекции… Вы, юноша, нечасто путешествуете в астральном теле, верно?

— В чем? — озадачился я и зачем-то ощупал свои карманы.

— Вы понимаете, что находитесь не в физическом теле? — насмешливо уточнил мужчина.

— Серьезно? — я посмотрел на свои ноги и убедился, что выглядят они очень даже реально.

— Полагаю, вы пришли из Сваора. Так?

Я рассеянно кивнул, догадавшись наконец осмотреться. Я находился в небольшой комнате с высоким потолком, под которым располагалось узкое окно, забранное решеткой. Кроме кровати, прикрученной к полу, тут нашлась этажерка, исполняющая одновременно роль стола, и табурет. В углу ютилась раковина, а за перегородкой, полагаю, скрывался унитаз.

— Это тюрьма! — догадался я.

— Острог, — поправил меня мужчина. — Но ваше слово занятное. Я знаю, что в Сваоре оно не в ходу.

— Возможно… — не стал спорить я.

— И как вас угораздило попасть в мою скромную обитель, молодой человек? — мужчина уселся на кровать. — Присаживайтесь, в ногах правды нет… Разуму будет привычнее, если вы будете вести себя так, словно и впрямь оказались в этом скорбном месте…

— Вы — заключенный, — резюмировал я, отмечая, что одет мужчина в чистую рубаху из неотбеленного льна и брюки, в петлях которых не было ремня. На его ногах были короткие сапоги из мягкой кожи.