— И почему об этом нет записей?

— Они есть. Но недоступны до тех пор, пока я или ты не решим открыть правду, — невозмутимо ответил папаша. И усмехнулся, оценив, видимо, мою кислую мину. — Смотрю, ты не особо доволен своим происхождением…

— Смотри лучше, пока я тебе глаза не натянул на задницу, — недобро пообещал я.

— Не ожидал, что ты будешь так злиться, — мужчина обескураженно почесал затылок. — Стоит понимать, что тебя нельзя было оставлять в мире, где нашу семью постоянно пытались истребить. Я должен был сохранить твою жизнь.

— И собственный род, — догадался я.

— Да, — жестким голосом ответил мужчина. — И я сделал бы это снова. Хотя, может стоило выбрать тебе другого опекуна.

— Неужели? — я покачал головой.

— Тебя били? Издевались? Плохо кормили?

— Нет…

— Тебя воспитывали так, чтобы ты мог легко забыть прошлый мир и не тосковать по семье, которая никогда не была твоей. Контракт та женщина выполнила на совесть.

— Скотина ты…

Я понимал, что достучаться до отца не смогу. У него своя правда, и моей он принять не захочет.

— Я — глава рода! И должен заботиться о фамилии… Ты однажды поймешь, о чем я сейчас говорю. Тебе тоже придется принимать жесткие решения и совершать деяния, которые причинят боль тебе и тем, кто тебе дорог.

— Моя настоящая… — я наконец понял, что за все время так ни разу и не спросил брата о его… нашей матери.

— Она всегда была женщиной, ради которой я был готов на поступки. Эта женщина родила тебя — наследника моей крови. Я тяжело пережил ее потерю.

— Она не пыталась забрать меня?

— Я закрыл для нее твой мир, сын. Иначе все потеряло бы смысл.

— Скотина… — повторил я уже без особой злости.

Эмоции словно выцветали во мне. Тело становилось все легче. Я ухватился за край этажерки, чтобы оставаться на месте.

— Держись, — обеспокоенно нахмурился князь. — Ты ведь еще не знаешь главного.

— Что ты му…

— Не доверяй жрецам, Миша! Они никогда не смирятся с тем, что темный в твоем лице вернулся в Империю. Они не простят тебе твоей сути. Однажды и тебе придется отдать темного сына, если судьба наградит его такой силой…

— Никогда, — я покачал головой.

— Не зарекайся.

— Мне не быть главой рода. Пусть в это играет братец.

— Он не потянет эту ношу, сын. Я слишком хорошо знаю Дениса, ему не под силу возглавить род.

— Ты плохо его знаешь… И совсем не знаешь меня!

— Кровь не водица, Михаил. И гены никуда не деть.

— Хватит!

Отец неожиданно крепко ухватил меня за запястье, и я ощутил его горячие пальцы на своей ледяной, вроде как не существующей коже.

— Если судьба позволит мне вернуться в Сваор, то мы еще поспорим с тобой. Но если наш мир будет для меня закрыт, то знай — я не жалею о том, что спас тебе жизнь. Хотя, порой думаю, что Александр был прав — мне стоило убить Верховного, а потом и пойти за тем, кто ненавидит нас еще больше… Я должен был следовать зову крови и убивать каждого, кто становился на пути Морозовых. И даже тех, кого обязался защищать…