— Прошу вас не торопиться, Тольяна, приведите себя в порядок… А ваш оператор пока сменит локацию, — я дал знак Федору и тот вежливо предложил гостье пройти с ним.

— Солнце уходит, — пояснил я, указав на часы. — Лучше мы перейдем на столовую.

Спустя несколько минут журналистка вернулась. Было очевидно, что она вняла уроку. Но выводы сделала собственные. Слухи про нее ходили верные — девушка не считалась с чужими границами. С ней надо держать ухо востро…

— У вас тут очень уютно, — медовым голосом произнесла она.

— Мы не гонимся за роскошью, — согласился я и указал ей на стул.

— Вы займете кресло хозяина?

— Мне комфортно в своем… — я уселся напротив девушки, оставив место во главе стола пустовать.

— И вас не смущает, что самый известный ведьмак семьи — всего лишь княжич?

— Всего лишь? — я иронично поднял бровь. — А какой титул у вас, позвольте спросить?

— Мой папенька служил у великого князя, он даровал нам светлый титул и назначил папеньку приказчиком градоначальника…

— Всего лишь? — перебил я. — И каково это — посещать дома настоящих аристократов? Вас наверняка коробит чужое происхождение, раз своим похвастаться вы не можете?

— Михаил, вы…

— Владимирович, — напомнил я буднично. И попросил уже у Федора: — Принесите нам семейного чая и что-нибудь на десерт.

— Чего бы вы хотели? — поинтересовался дворецкий.

— Торт «Гиннес» бы подошел, — невинно захлопала ресницами Тольяна. — Ваш повар сумеет справиться с таким блюдом?

— Шоколад и пиво, — улыбнулся домовой. — Наша кухарка попробует его испечь.

— Не сомневаюсь, что попробует, — Лошадчак сложила руки на столе и разместила подбородок на скрещенных пальцах. — Но я соглашусь даже на простое без изысков печенье Меломакарона…

Я понял, что злобная девица решила поиздеваться, но на ее предложение Федор невозмутимо уточнил:

— С молочным шоколадом?

— Что?

— Княжич предпочитает с темным.

Я важно кивнул, совершенно не понимая, о чем идет речь.

— Привередничать не стану, — снисходительно пообещала девушка и подмигнула мне. — И как вам княжеская кухня? Есть отличие от монастырской?

— Я питался как послушник долгие годы. После трудов праведных приятно отведать чего-то простого и сытного. Знаете, что в Муроме выбирают работника по тому, как много он съест?

— Это почему?

— Если он ест мало, то и работает неохотно, силы сохраняет. А уж если ест плотно, то и толк с него будет.

— Занятно, — улыбнулась девушка. — У челяди бывают такие странные порядки.

— Нормальные порядки, — поправил я ее. — Простой люд порой куда более достойный, чем аристократы.

— Это вы о Воронцове? Вы его считаете недостойным?