— Не думаю, что у кого-то получиться приготовить вкуснее, чем профессиональный повар.

— Подумайте еще, господин Луль. Если вам повезет посетить деревню Морец во владениях Морозовых, то у вас появится возможность заглянуть к старосте…

— Он готовит еду?

— У него отменная кухня, которой позавидует самый искушенный гурман.

— Я ведь проверю, — пообещал Луль.

— Попробуйте. Только приготовьтесь отстоять очередь.

— Но вы можете провести меня мимо нее.

— Ну уж нет! — я хохотнул. — Любой гость для нас одинаково ценный. И блата не будет. Смиритесь, что особенным вас никто считать не будет.

— Вы серьезно? — Луль уже не играл, и его лицо вытянулось от удивления.

— Предельно. Хотя, для ведьмаков у нас предусмотрена небольшая закрытая площадка рядом с озером.

— Ага! — воскликнул Луль, словно уличил меня в чем-то недостойном.

— Там всего лишь запрещена съемка и каждый может забыть о камерах. Вам там явно не понравится.

— Вы решили повторить за Пожарскими и создать деревню для «своих»?

— Идея создания свободного от прессы пространства не нова. Полагаю, что не буду первым, кто решил запретить съемку на отдельной площади. Это будет небольшая зона, где мои коллеги могут выдохнуть и не давать автографы. И это будет ограничено лишь одной неделей — русальей.

— То есть, в остальное время…

— Деревни Морозовых расположены на очень живописном маршруте, — мягко пояснил я. — Даже когда закончится фестиваль, каждый желающий может хорошо отдохнуть в одной или нескольких поселениях. Знали бы вы, какие бани в Дубовке! А лечебные простыни из крапивы, которые предлагает Живичник! Знали бы вы…

— Это уже прямая реклама, — недовольно фыркнул Луль.

— … как я провел ночь в стоге сена во Фроловке… — я зажмурился. — Ну, если говорить об этом нельзя…

— С кем провел? — тут же оживился блогер.

— Я отдыхаю только в своих деревнях. И точно знаю, что мои друзья тоже предпочитают эти заповедные места. Вы ведь в курсе, что когда ведьмакам раздавали земли, то мои предки неспроста попросили именно эти участки? Секреты молодости и красоты…

— Стоп камера! — засмеялся Луль и, утерев выступившие слезы, попросил: — Давайте обговаривать рекламу? Она у меня дорогая…

— А сколько вы заплатили за мое интервью? — невинно поинтересовался я.

— О чем вы?

— Моя реклама тоже стоит недешево, господин Луль, — я растянул губы в медовой улыбке. — Вы же все понимаете. Вам нужен пиар, и мне он не помешает. И так уж и быть, я могу сделать вид, что ваше фрикасе из кабана не пахнет ношеными носками. Я ведь не ошибся, и эта подача ресторана? Кому принадлежит сие заведение?