Я кивнул:

— Почему бы и не выпить с хорошими людьми?

Президент хлопнул в ладоши:

— Так давайте встретим наших дорогих гостей, как полагается!

— Шампанским будет байки мыть? — предположил я.

— Зачем? — не понял меня Епископ.

— Как гусары коней, — уже не так уверенно продолжил я.

— Странных гусар ты встречал, парень.

— … Когда убегал от волков! — подхватил поверженный мною противник и раздался дружный смех.

Мы прошли вглубь зала и заняли кресла вокруг грубо сколоченного стола.

— Тут нельзя ставить хрупкую мебель, — пояснил мне Иван. — Разбивают ее…

— Случайно, — тотчас отозвался бармен, водрузив на столешницу несколько кружек пива.

— Конечно, — усмехнулся я.

К нам подошла невысокая девушка с копной красных волос и погладила меня по плечу.

— Можно? — проворковала она.

Я непонимающе взглянул на нее, и девушка хихикнула. Взяла мою ладонь в свою и подула на костяшки, стесанные после удара. По коже растеклась приятная прохлада и зудящая боль ушла.

— У нас самые лучшие лекарки, — довольно заметил президент и взмахом руки отослал девушку.

Но та закусила губу и не торопилась уходить.

— Можно автофото? — мягко попросил она.

Пожарский приосанился и заученным движением пригладил волосы. И лишь потом понял, что обратились не к нему. Смутился, но тут же протянул руку за телефоном.

— Давай, я сделаю снимок.

— А можно с вами двоими? — девушка встала между нашими креслами, низко наклонившись.

Я быстро отвел глаза от роскошного декольте, которое оказалось прямо рядом с моим лицом. Перед тем как вспышка озарила лицо, я прикрыл зрачки темной пеленой. Вышло легко, и на снимке будет почти незаметно, зато не пришлось промаргиваться, как моему другу.

— Спасибо, — улыбнулась девушка.

— Я отпишусь под снимком, если поставишь метку. — пообещал я.

— Можно я отмечу геолокацию клуба? — попросила она у президента.

— Конечно, дорогая…

Когда девушка отошла, Епископ заметил:

— Она бы никогда не осмелилась просить гостя о чем-то в моем присутствии. Но ради темного ведьмака…

Иван промолчал, но я заметил, что для него это тоже стало неожиданностью.

— На какое-то время темное вошло в моду, — я пожал плечами. — Завтра ветер может подуть в другую сторону.

— То есть, ты не считаешь себя дофига важным? — мужчина усмехнулся.

— Я не питаю таких иллюзий. И прекрасно понимаю, что любовь публики куда проще потерять, чем завоевать. Быть может я скажу какую-нибудь глупость на людях, и с меня тотчас слетит позолота.

— Не думаю, что все так просто, — покачал головой байкер. — Я наблюдал за тобой. Ты умеешь казаться своим. А может быть и впрямь такой компанейский.