И вот теперь у нас готово самое лучшее место. Я попросил мужиков прекратить раскопки. Последнему из копателей помогли выбраться из ямы, и больше двух сотен пар глаз с нетерпением уставились на меня.

Благодаря острому язычку Мары приготовления произошли спонтанно, однако, чтобы лучше вникнуть в ситуацию, я успел задать пару вопросов Шону. Мне нужно было понять, как вообще живут местные крестьяне. Кому подчиняются? Защищал ли их еще кто-нибудь? Почему вообще люди остаются жить в непосредственной близости от земель Тления?

Оказывается, помимо религиозного деления, есть еще и банальное территориально-административное устройство. Пусть молились жители Ильенты Карусу, ренту они платили барону Альву Гоцу — правителю Шельта. Именно Гоцу принадлежит право управления здешними землями (как, полагаю, и теми, где расположена сгоревшая Листьера). И то, что сам Гоц является Последователем Рюгуса, не мешает ему собирать деньги с Последователей Каруса.

Однако защиту от барона селяне практически не получают. Раньше еще могли послать гонца с просьбой разобраться с какой-нибудь обосновавшейся поблизости бандой, теперь же главный враг — истлевшие. А биться с этими тварями никому не хочется. Да и не устроишь рейд в их логово, как это можно было сделать в случае с разбойниками.

Покинуть же родные земли селяне не могут, их нигде не ждут. Уйти подальше от границы? Там все давно занято. Всей деревней не переселиться — выгонят. Находятся, конечно, те, кто уходит по одному-двое в поисках лучшей жизни. Но что с ними происходит потом, никто не знает. Шон считает, что многие просто умирают. Те, кому повезло, селятся в других деревнях. Остальные же присоединяются к разбойникам.

— Так что, Старший Адепт, — вздыхал будущий староста, — жизнь — она вона какая сложная штука. Куда не плюнь, везде хреново. Но мы как-то живем потихоньку да помаленьку. А теперь, благодаря вам и Богу Тьмы, заживем вообще припеваючи!

Восстановив в памяти слова мужчины, я остановился в паре метров от края ямы и громко сказал:

— Жители Ильенты! Благодаря Богу Тьмы и его Адептам ваш край станет поистине землей вечного благоденствия! Узрите это воочию! И восхвалите Тьму!

Достав из инвентаря источник энергии и поставив его на самом краю ямы, я материализовал нож и, переборов секундное сомнение, вонзил его в мутную пленку пузыря, затем сделал большой надрез, не зацепив крохотных, сияющих неоновым светом головастиков.

Тут же убрал нож обратно в невидимый карман и обеими руками потянул края пузыря в разные стороны.

Вниз хлынула кристально чистая вода, унося с собой головастиков. Я был готов поклясться, что, оказавшись в яме, вода начала увеличиваться в размерах, будто живое существо. Объем опустевшего мутного пузыря был гораздо меньше объема кубического колодца. Однако когда последняя капля волшебной жидкости упала в резервуар, он оказался заполнен до краев.