Малик, сняв очки, опёрся на стеклянную витрину:

— Имперцы лютуют. Всё, как всегда. Может, что-то новенькое произошло?

— Ха, да всё то же дерьмо. Имперцы ищут магов, отлавливают их по подвалам. Рынок весь в панике, цены на эликсиры взлетели, и они толком не продаются. Многие в бегах. Князь старается как-то это всё урегулировать. Но у него плохо получается. Хорошо хоть нас приказал не трогать. Мол, экономика, а то рухнет. А у самого полно проблем. По городу шныряют мелкие твари. Народ их Хапунами прозвал. Мелкие, наглые, как обезьяны, всё воруют. Откуда взялись — хрен их пойми. Но говорят сильные, если их разозлить. Уже несколько имперских патрулей разорвали в клочья — толпой набрасываются. А так… ничего глобально нового. Маразм крепчает, жизнь продолжается.

Я напрягся, слушая описание этих Хапунов. Мелкие твари, ворующие вещи, но способные в группе и человека растерзать — под подозрение подходило несколько видов магических особей. Надо будет проверить кто это. Но вслух сказал только:

— Хапуны говоришь?

— Да, они ласковые, если их покормить, — усмехнулась Ласка. — Завёлся у меня тут один. Повадился в гости захаживать. Глазки миленькие такие, я его и пригрела. А он потом цепочки с витрины спёр и больше не приходил. Кореша мои тоже жаловались, что они кошельки и телефоны по карманам таскают. А поймать никому не удаётся — прыткие очень, бесы такие…

— Интересно, — кивнул я. — Но ближе к делу. Думаю, мой товар тебя заинтересует. Жало, когти, перья… Ну и ещё кое-что.

— Жало? — прищурилась она. — Серьёзно?

— Серьёзно. Но без яда, — подтвердил я, доставая из рюкзака свёрток. Мне не хотелось показывать всё сразу, но, с другой стороны, я хотел произвести впечатление. Если уж работать с подпольем, то лучше сразу показать, что я не мелкий барыга.

— Без яда много не дам, — сразу предупредила Ласка, разглядывая свёрток.

Я начал выкладывать на прилавок трофеи: длинное, слегка изогнутое жало, чёрные, с сероватым отливом когти, перья с фиолетовыми прожилками, а также пузырёк с желчью Шламника. Сферы и трофеи с Кронобеса я приберёг для себя.

В воздухе запахло звериной кровью и озоном. И в этот миг я краем глаза увидел реакцию Малика: он замер, побледнел. То ли изумлён, то ли возмущён. Видимо, его догадки подтвердились, и он не сильно-то рад этому.

— Ого… — протянула Ласка, теперь уже убрав ноги с прилавка и нагнувшись рассмотреть поближе. — Это не просто мелочёвка.

— Всё в отличном состоянии, — сказал я. — Свежее, так сказать. Хочешь проверить?

Она взяла жало, покрутила его в руках, потом зарылась пальцами в перья, будто хотела ощутить их упругость. Несколько раз кивнула себе под нос, произнося какие-то невнятные слова. А потом принялась быстро щёлкать по калькулятору. Наконец, удовлетворённо хмыкнула: