Если бы остальным обитателям этой станции вообще было до меня хоть какое-то дело.

Смерть Рэнди была бы самым рациональным вариантом, и я видел, как он нервничает, как он все сильнее потеет и как его начинает бить дрожь. Он не знал, чем конкретно я занимаюсь, но понимал, что в Консорциум берут отнюдь не за красивые глаза и белоснежную улыбку.

Он закончил говорить, и я посмотрел ему в глаза.

— Я не буду делать глупостей, — сказал он. — Обещаю.

— Если ты мне наврал…

— Нет.

— Если ты собираешься меня подставить…

— Нет.

— Если о нашем разговоре узнает кто-то еще…

— Нет же, чувак. Я не собираюсь…

— Я отыщу тебя даже после переезда, — сказал я.

— Да бога ради, чувак, — сказал он. — Мы сколько лет друг друга знаем?

— Скинь мне счет, на который нужно будет перевести твою долю, — сказал я.

На несколько секунд его взгляд стал стеклянным. Я тоже так выгляжу, когда работаю с интерфейсом?

Нет, вряд ли. Я не могу позволить себе такой роскоши и должен все время следить за окружающим пространством. И потом, его «плюс» кустарного производства, а меня лепили лучшие специалисты исследованного сектора космоса.

— Номер счета уже у тебя, — сказал он.

— Я тебе еще что-то должен?

— Учитывая обстоятельства, за консультацию я с тебя денег не возьму, — сказал он.

— Очень мило, — сказал я.

— Между нами же все ровно, чувак?

— Да, — сказал я. — Хотелось бы, чтобы так и осталось.

— Разумеется.

На правом бедре у меня висел игольник, на левом — парализатор. И пока мы обменивались скрепляющим сделку традиционным рукопожатием, левой рукой я нащупал рукоять нелетального оружия.

Мы разомкнули руки. Я сделал шаг назад и направил парализатор ему в грудь.

Он сглотнул, но на лице его читалось облегчение. Он боялся, что я использую другую руку.

— В этом нет необходимости, — сказал он.

— Возможно, — сказал я. — Ничего личного, чувак, просто я не хочу никаких проблем по дороге отсюда до своего корабля. А так все наши договоренности останутся в силе.

— Ладно, — сказал он. — Но я не собирался устраивать тебе никаких проблем.

— Я предпочитаю перестраховаться. Слишком многое на кону.

— Понимаю, — он скривился.

— Лучше сядь.

— На сколько ты выставил? — он опустился на скамейку, оперся спиной о стену, чтобы не упасть и не удариться головой. Парализатор — штука коварная, сам по себе он не летален, но сопутствующие выстрелу обстоятельства могут привести к смерти сами по себе. Неудачное падение, например.

— Всего час, — соврал я.

— А голова потом дня три трещать будет.

— Помни про свой процент.

— Я-то помню. Главное, чтобы ты не забы…

Я выстрелил ему в грудь и оставил сидеть на скамейке с глупым выражением лица. Действие парализатора, если тело не найдут раньше и не введут антидот, закончится часов через шесть-восемь, и голова у него будет трещать, наверное, целую неделю.