В самом деле, масса народу плывёт к океану, везя свои товары "на экспорт". Назад они везут только вырученные деньги, им не нужны суда, чтобы подниматься по Луаре, а лишь средство спускаться по течению реки вместе со своими грузами! Река -- не океан, на ней не бывает штормов, и требования к прочности того, что плывёт по воде, гораздо более слабые, чем к океанским кораблям. Да и плаванье занимает 2-3 недели, а не месяцы и годы. Так что нечего беспокоиться, что "рассохнется" и "поведёт" -- не успеет: доплывёт и разберут на брёвна. Так и родились радубату -- эрзац-корабли из брёвен. Фактически, вариант плотов для сплава леса, построенных так, чтобы обеспечить плавучесть, достаточную для находящегося "на палубе" груза и людей, управляющих кораблём-плотом. Недолговечные и непрочные. Но вполне достаточные, чтобы доплыть отсюда по Луаре до Орлеана!
Фокус состоял в том, что за плавание на радубату платили не те, кто плыл и вёз грузы на эрзац-корабле, а владельцы леса, из которого был построен эрзац-корабль. То есть, если обоз Ли Яна станет экипажами радубату и приведёт их в Орлеан, вместе со своими лошадками и телегами "на палубах", за это неплохо заплатят владельцы леса! А у лжекупца Ли Яна, в итоге, останутся деньги, чтобы доехать до Парижа и не пропасть там от нищеты в первое время!
Если бы де Брэ рассказали в Лиможе, что он будет заниматься (вместо самого Ли Яна!) проектированием подобных "бизнес-процессов", ментат ни за что на свете не ввязался бы в аферу с проводкой обоза: тут его подвёл опыт общения с прекрасным купцом и администратором Ли Шанем, ошибочно перенесённый "авансом" на вроде как старшего Ли Яна, оказавшегося совсем никаким администратором и купцом.
Раз уж влез -- вези, не ной, водку пей и песни пой! Откуда взялась эта дурацкая присказка, де Брэ и сам не ведал. Да и неважно это сейчас было.
А важно было лишь то, что Люка Бизан являлся, безусловно, одним из лучших проводников связок радубату по Луаре! Он на них специализировался.
Де Брэ успел застать Люка Бизана живым в конце четвёртых суток пути обоза. И это, пожалуй, было единственной хорошей новостью.
Проводник умирал.
Оставив обоз разворачивать лагерь на окраине села Сен-сюр-ла-Лойр, ментат "нанял" местного мальчишку, который провёл его к домику лоцмана: довольно большому каменному строению с претензией на былую роскошь. А вот внутри никакой роскошью и не пахло. Пахло застарелой болезнью тела, тяжелый запах которой чуть ли не валил с ног. Поэтому де Брэ распахнул двери и окна, проветривая смрад, от которого слезились глаза, перед тем как поискать внутри дома источник ужасного запаха.