С утра гвардиана Ангелуса навестил брат Гипатий, секретарь монастыря, принимавший у братьев письменные прошения в различные внешние инстанции. Брат Гипатий положил перед гвардианом стопку бумаг, оказавшихся доносами братьев друг на друга. Все доносы, написанные разным почерком и с различной степенью грамотности на "кухонной" латыни, не имели подписей, а их содержимое было чудовищно: братья обвиняли друг друга во всех смертных грехах -- от убийства до скотоложества, от группового разврата до тайного служения Сатане! Причём, в различных ужасных провинностях обвинялись абсолютно все, а большинство -- неоднократно!
Что с этим делать, гвардиан не знал. Даже не представлял себе, как подступиться к решению -- скорому (обстоятельства того требовали, медлить было нельзя) и справедливому (поспешно погубить невинную душу вместо виноватой -- большой грех).
В расстройстве и задумчивости гвардиан даже позавидовал ментальному дару части лжемонахов Тайной Стражи: те могли слышать чужие (истинные!) мысли, а с таким Даром Господним гвардиану было бы легко отделить овец от козлищ -- козлищ изгнать, а овец сберечь, помочь восстановить для них истинную монастырскую жизнь, тем самым дав душам истинных монахов то, ради чего они и пришли в монастырь.
И тогда гвардиан Ангелус, как во всех трудных случаях своей жизни, обратился за помощью к Творцу, попросив его в своей молитве, искренне и горячо:
-- Господи, дай мне средство спасти тех, кого ещё можно спасти, и избавиться от тех, кто сам отказался от своего спасения!
На секунду гвардиан Ангелус почувствовал, что у него закружилась голова.
Но потом слабость прошла и гвардиан услышал стук в дверь своей кельи: служка сообщил, что у ворот монастыря ждёт курьер, Гвардеец Кардинала, приехавший из Парижа к "брату" Флориану. Что ему говорить, да и вообще, что теперь с ним делать, никто не знает.
-- Я сам напишу Его Высокопреосвященству письмо о произошедшем, -- сказал гвардиан служке. -- А слугу Его Высокопреосвященства следует обиходить обычным образом: дать возможность вымыться после дороги, поесть и отдохнуть, напоить, накормить и вычистить его лошадь. Гвардеец совершил долгий и непростой путь на своей службе Его Высокопреосвященству, главе матери нашей Церкви во Франции. Будем же и мы участливы к его неотложным нуждам.
Получив приказ, служка исчез. А гвардиан Ангелус вышел в коридор из кельи, решив пройти в монастырский сад, где вчера утром, первым, нашёл свой конец лжебрат Аристарх. Всё же, необходимо было захоронить (пусть и оставшийся в виде ничтожного следа) прах лжебрата и помолиться за его душу, чего так никто и не сделал в суматохе случившегося. Гвардиан Ангелус решил исправить оплошность лично, дабы обрести душевное равновесие перед написанием письма Его Высокопреосвященству.