Остаток ночи мать с дочерью раздевали мёртвые тела, снимая с них деньги, ценности, оружие, обувь и одежду, надрываясь, волокли трупы к оврагу, где прикопали их в глубокой яме, на дне, привалили тела сверху скаченными со склонов камнями, а уже в свете раннего утра направили поверх могилы текший рядом ручей-вонючку деревенских стоков.
Денег с бандитов набралось довольно много: более ста ливров. За десять ливров деревенский плотник починил и навесил им снова дверь. Еще семьдесят ливров мать получила в соседнем городке, куда отвезла на нанятой подводе мешок с одеждой бандитов и куль с их оружием, где сдала всё старьёвщику как ненужный хлам.
Трупов и возни с ними девочка Анетт совершенно не боялась: она читала с трупов ментально память о жизни умерших людей. Спустя две недели, когда и мать, и дочь окончательно пришли в себя, Анетт рассказала маме, что главарь разбойников прятал "кассу" отряда в тайнике, а она знает, где этот тайник.
Нанятая за ливр у соседа лошадка с телегой отвезла маму с дочкой за двадцать лье от дома, на склон глубокого оврага, в стене которого вскоре они откопали сундук с деньгами. Денег было не так, чтобы и много, меньше 400 ливров, в основном, медью, но для деревни это было настоящее состояние.
За триста ливров Марианна купила хороший каменный дом на другом конце деревни, с обширным прилегающим участком, на части которого был разбит отличный плодоносящий сад, а вторую часть занимал большой виноградник, дающий ежегодные урожаи сортов, всегда востребованных местными виноделами.
Марианна и Анетт продали старый домик знахарки и переехали в новый дом, где у Анетт оказался не уголок в общей комнате, отгороженный занавеской, а собственная комната на втором этаже, обставленная необходимой мебелью.
Марианна оставила опасную профессию знахарки и занялась садом с виноградником, в чём неплохо преуспела: за следующие пять лет на счету женщины в банке Орлеана накопилось более полутора тысяч ливров. Анетт же напряженно училась: мать наняла ей учителей и девочка стала грамотно читать и писать. Счёт и математику она просто полюбила, а преподаватель, отставной офицер-артиллерист, доживавший свои годы у младшего сына в деревне, говорил Марианне, что у Анетт большой математический талант.
-- Хорошо, -- смеялась Марианна в ответ, -- значит, на рынке не обсчитают.
Никакая серьёзная карьера "учёной" или хотя бы "преподавательницы" в это время для обычной женщины была невозможна. Говорили, что в "дорогих" монастырях, для аристократок, где содержались до замужества дочери дворян, иногда преподавали математику, но слухи эти были недостоверными: знатных девочек учили арифметике в объёме, необходимом для элементарных подсчётов денежных средств, -- дело полезное для проверок счетов управляющих дворянским хозяйством.