Не знаю, какое чудо собирался показать мне инспектор, но первые минут двадцать я слушала только разные версии: «Ничего не знаю», «Мне своих проблем хватает, чтобы чужими делами интересоваться» и «Я вообще с Бейкером знаком не был». Мужской коллектив рабочих железной дороги ярого желания сотрудничать со следствием не выражал. Они выражались, но не выражали. Для них беседа заканчивалась ровно после озвучивания Артуром должности.
Зато буфетчицу и кассиршу приходилось даже одергивать. Женский ответ на вопрос содержал в себе целый рассказ, который то и дело норовил вильнуть в сторону. И, тем не менее, они вспомнили, будто Гудсон действительно имел натянутые отношения с Бейкером и что Гудсон на следующий день после смерти Бейкера дерганый ходил. Мол, переживал из‑за смерти коллеги.
И тут к станции подъехала повозка из участка. Группа инспекторов с опаской покосилась на меня и коротко отчиталась Артуру, что разрешение на обыск выдано, бумаги по углю получены, телеграмму, которую послал Гудсон с просьбой задержать состав на десять минут, нашли.
Меня посадили на лавочку рядом с Паровозом и очень настоятельно попросили не путаться под ногами. Мы с котом недовольно переглянулись. Но, с другой стороны, совсем не хотелось перебирать бумажки.
И только благодаря стратегической точке для наблюдения мне удалось полюбоваться выпрыгивающим в окно мужчиной. Вряд ли он торопился домой и решил срезать путь. Метать стрелы в бегущего человека чревато – в итоге получить не задержанного, а труп. Бросать котом я посчитала неэтичным по отношению к животному. Поэтому, не придумав ничего лучше, я раскинула руки, призывая зеленое пламя. Кольцо вокруг опешившего мужика сомкнулось быстро.
– Селеста, – высунулся в окно инспектор, – я просил вас сидеть на месте!
– А я и сижу, – с невинным видом улыбнулась в ответ.
Подумаешь, всего‑то немного подпортила покрытие рядом со станцией. Там теперь вечно будет выжженное очертание круга. А потому что нечего воровать казенный уголь, чтобы продавать его на сторону. И убивать коллегу, застукавшего вас за сделкой, – тоже плохой поступок.
Глава 6
– Мы рады заиметь такого ценного внештатного сотрудника, – старший инспектор так энергично тряс мою руку, что стало боязно за целостность плеча.
– А я‑то как рада у вас заиметься, – криво усмехнулась в ответ, осторожно пытаясь забрать свою собственность обратно.
– Я сразу, как вас увидел, Селеста, почувствовал, что из вас выйдет толк, – продолжал заливаться соловьем старший инспектор. Кстати, дифирамбы самому себе он отлично умел петь.