Не для того он искал Октавию столько лет, чтобы снова потерять.
Она уже дважды ускользала из его жизни.
Третьего разане будет.
Еще один вопрос не на шутку тревожил Дилана. Где, черт возьми, Арчи?
Пока Дилан бежал по лестнице вниз, размышлял. Мужик под именем Кай не тронет Октавию, но опять же, это если верить словам нападавшего и пересказу Луизы. Насколько эта информация правдива, оставалось только догадываться.
Дилан выбежал наружу и, преодолев всего двадцать метров, услышал короткий звонкий свист и сразу же остановился. Подняв взгляд на здание, он не смог рассмотреть свистуна, но был почти уверен, что это Арчи.
Дилан потратил три драгоценные минуты на ожидание, прежде чем дверь соседнего здания распахнулась. Оттуда выбежал Арчи и запыхавшись сказал:
– Он потащил ее туда.
Изначально Дилан направился в противоположную сторону. Он поднял взгляд на четвертый этаж, на окно, за которым маячил силуэт Луизы.
Она солгала и отправила его не туда, куда нужно.
– Я стрелял в него, но не попал, – отчитался Арчи.
– Иди к остальным.
– Нет. Я помогу.
– Арчи.
– Дилан. Я видел в прицел, куда они пошли, и тебе одному не справиться, – тараторил парень.
– Почему? – уточнил Дилан, начав движение в указанном Арчи направлении.
– Там десятка три чудиков. Они шли прямо за Октавией и чуваком.
Дилан еще раз пытается отослать Арчи, но тот не сдался, и в итоге они вдвоем побежали туда, где нет места живым.
Уже через несколько минут до них долетело рычание тварей и скрежет металла. Город больше нельзя было назвать пустым. В его центре разворачивалась бойня, которой улицы не видели с самого прихода тумана.
Глава 26
Стараюсь оставаться в сознании, но с каждой секундой это дается мне все сложнее и сложнее. Я свисаю с плеча Кая. Все суставы верхних конечностей адски болят, голова будто набита стекловатой. Но даже сквозь толстый слой колючей ваты, я прекрасно помню, что произошло. Не помню, когда, но что именно случилось… об этом не забуду.
Леи больше нет.
Кай отнял у меня единственного родного человека.
Это было час назад или несколько минут? Я отключилась рядом с Доком и понятия не имею, где нахожусь сейчас.
Тошнит. Перед глазами темнеет. Круги хаотично плывут перед взором.
Боль от смерти Леи сдавливает грудь стальным обручем с шипами, но прекрасно понимаю, что сейчас не тот момент, когда я могу позволить себе оплакать потерю. Если впаду в истерику, заплачу или попытаюсь сделать больно Каю, он поймет, что я пришла в себя, и тогда, либо снова вырубит, либо будет настороже.
А мне нужно, чтобы он расслабился и не видел во мне противника.