— Ребенок тоже погиб? — спросил я. Видно было, как тяжело дается разговор об этом Василию. Как-то и дело сжимаются его кулаки, а по телу разгоняются потоки огненной маны. Но княжич все-таки ответил и продолжил:

— Да. Тоже жестоко. Отец рвет и мечет, но… почему-то я думаю, что он знает, кто за всем этим стоит.

— А ты? Ты сам догадываешься? Не зря ведь ты так скоро решил со мной замириться недавно? Только ли потому, что не хотел проблем по службе?

— Да куда уж, «не хотел проблем»! С тобой, Лихачёв, хоть ссорься, хоть мирись, все равно проблемы будут. Ты верно уловил — я пошел на мировую по иным причинам. Мы вообще постарались заключить перемирие со многими старыми врагами. Тогда я просто выполнял волю отца, особо не думая. С тобой, впрочем, я замирился сам, по своему желанию, помимо папаши. А теперь мне кажется, отец ожидал нападения и готовился к нему… Я подозреваю Старый Дом.

Виктор удивленно присвистнул. Я с интересом подался вперед. Этот клуб для старомодных аристократов все сильнее меня занимает. Если они могут вот так спокойно валить княжеских детей, да еще с показательной жестокостью — встает вопрос, кто является реальной властью в Империи? Император, или этот междусобойчик?

— А что, есть что-то, что указывает на них? — спросил я.

— Да буквально все. Ведь наш род уже не первое поколение состоит в этой организации. Состоял. До недавнего времени. После Пермской бойни и вообще всей последней серии вторжений, отец, как я узнал совсем недавно, разорвал связь с ними. Чем обрадовал брата и, признаюсь честно, огорчил меня. Впрочем, похоже, пора пересмотреть мои юношеские восторги их идеями и аристократичной чопорностью. Так вот, сразу после разрыва связей от нас стали отворачиваться партнеры и союзники. Один за другим — разумеется, речь или о членах СД, или о тех, кто находится под их влиянием. А теперь это — нападение именно на тех в семье, кто меньше всех был доволен связями с СД. Да еще такое жестокое… очень в духе Пыточной Камеры.

— Пыточной Камеры? — приподнял я удивленно бровь. — Почему-то такое ощущение, что ты оба слова произнес с большой буквы.

— Так и есть. — выдохнул княжич. — Это один из отделов Старого Дома. Я, как непосвященный, вообще очень мало о них знаю. А уж тем-более об этом отделе. Но отец однажды, лет семь назад, прибегал к их услугам. Чтобы… устранить конкурента. Кстати, как раз на пермском медицинском рынке.

Виктор невесело усмехнулся. Василий взглянул на немца с мелькнувшей было яростью, но затем расслабился. Насколько это вообще было возможно.