Пациента больше не корежило от спазмов, но я все равно тщательно осмотрела парня на предмет вывихов и разрывов мышц. Шрамы, гематомы — все тело напоминало холст, вымазанный художником-трехлеткой. Такому молодому бы семью завести, работать или вообще на лекаря учиться, а не себя губить.

Он поморщился, когда я сняла повязку с раны на бедре.

— Как тебя зовут? — я взглянула в черные и блестящие, как обсидиан, глаза.

Юноша за все это время не проронил ни звука, только внимательно следил за моими действиями. Наконец он вымолвил, облизав сухие губы:

— Зачем ты меня спасла?

— Как это зачем? А что, не надо было?

На лице нарда проступило замешательство.

— Ну… Ты же из Рэнвилля. Это великий князь приказал тебе меня вылечить?

— Никто мне не приказывал, — произнесла я после небольшой паузы, во время которой мы оба смотрели друг на друга с удивлением.

— Ты что, сама захотела, когда остальные меня бросили? — не поверил он. — И не испугалась?

— Нет.

— Странно, — парень почесал кудрявую макушку.

Да уж, страннее некуда.

— Так как тебя зовут?

Нард посмотрел на меня долгим взглядом и уронил:

— Тайрай. И… спасибо тебе, целительница.

Я улыбнулась:

— Не за что. Буду называть тебя Рай, идет? А то у меня уже путаница с вашими именами.

Молодой нард изобразил нечто, похожее на улыбку. И это уже много.

Знать, что благодаря моим усилиям человек снова встает на ноги и возвращается к обычной жизни — лучшая награда. Это окрыляет и дает силы трудиться дальше, даже когда безумно устаешь.

А дальше я отправилась в шатер Эрхая, чтобы продолжить лечение. Щеки спящего красавца слегка порозовели, а губы утратили болезненную синеву. Длинные черные ресницы подрагивали, будто он вот-вот очнется.

— Госпожа, — шепотом позвала меня Амай. Глаза женщины блестели от волнения, грудь тяжело вздымалась. — Мой сын вернется сегодня? Я так хочу снова поговорить с ним и обнять его… — она погладила Эрхая по щеке. — Это мой единственный ребенок. Кроме него детей у меня больше нет.

Мне самой очень хотелось поскорее закончить с лечением, но было боязно. И все же я кивнула.

— Даже если он сегодня не придет в себя, ему все равно станет лучше.

— Помни, я сделаю для тебя все, что пожелаешь, если сможешь его исцелить, — с безумной надеждой в голосе выдохнула Амай и оставила меня наедине с пациентом.

На кону стоит не только жизнь этого юноши. Исцелю его — и завоюю еще больше доверия нардов, подтолкну Токагая еще ближе к решению о мире. Он у меня в долгу.

Отогнав лишние мысли, я несколько раз сжала и разжала кулаки. С каждой новой попыткой магия откликалась все быстрей и естественней, словно я занималась этим всегда.