Неприязненность сменилась задумчивостью.

— Как быстро утихнет эта камарилья, когда в их города придут гроза и тайфун? И как быстро мы перебьем их по одному, чтобы переплавить шакалье золото в благородные слитки с нашими гербами?

— Шуйские в союзе?

— Обойдемся без них, — уверенно произнес старик. — Серьезные силы против нас не выступят, мы отговорим наших друзей от гибельного альянса. А остальных… Не жалко.

— Каковы ваши условия? — не торопился спускаться по лестнице Долгорукий.

— Девяносто процентов — наше.

— Восемьдесят. И покрытие ущерба первых дней войны.

— Семьдесят пять процентов без покрытия, — категорически ответил Юсупов. — Признаете Лиду Борецкую.

— Борецкую? Не Юсупову? — удивился Долгорукий.

— У меня внук растет. Ему понадобится свой дом.

— Я согласен, — осторожно пожал он протянутую руку, скрепляя сделку.

Сильную, горячую руку человека, способного изменять историю своим словом.

— Можно просьбу? — деликатно поинтересовался Сергей Михайлович.

— Да? — приподнял бровь старик Юсупов.

— Вы не могли бы попросить вашего внука отозвать требование по постройке метро в Сулаж-Горе?

— О… — округлил глаза собеседник.

— У меня из-за этого сын спивается, — отвел глаза Долгорукий. — У нас под городом одна вода, вторую проходческую машину потеряли…

— Сделаем. Пьянство — горе в семье…

К счастью, необычную просьбу Самойлова Федора отзывать не пришлось. Впрочем, кому к счастью, кому к горести, но Долгорукого это не сильно волновало — нельзя требовать невыполнимого…

Из дома Сергей Михайлович выходил в полном душевном равновесии и спокойствии.

— Деда, меня пригласили управляющим на телеканал! — поделился радостью Игорь.

— Этого тоже забирайте, — отмахнулся он, посмотрев на Максима. — Следующие пять лет видеть его не желаю.

В машину старый князь садился в одиночестве, не обратив внимания на застывшего на пороге внука, крепко сжавшего кулаки.

— Это будет самый лучший телеканал в мире! — шептал Игорь сквозь злые слезы.

— Разумеется, — хлопнул его по плечу Максим и завел в дом. — Пойдем, обсудим репертуар. Что по поводу шоу «Самый умный»?

— На него права у другого канала, — отмер Игорь и дал себя увести.

— Тогда делаем «Самый умный, что ли?».

— Это как? — заинтересовался Игорь.

— То же самое, но ставим боксерское ограждение по периметру и вводим дополнительную пятиминутку между турами, — охотно пояснили ему. — Пойдем, упадем к дельфинам.

— А мне можно? У меня сменной одежды нет…

— Эта высохнет, да и куда ты торопишься? У нас полным-полно свободных комнат.

Золото и огромные потолки. Зеркала и ростовые портреты. Хрусталь люстр, фонтанами зависающих над головами. Эхо шагов, постыдных в благородной тишине.