Доспех щелкнул, окончательно раскрываясь — теперь стали видны руки сержанта, что-то нащупывающего в нагрудном кармане.

— Вот документы, — перекинул он связку в сторону Валентина, а тот успел ловко подхватить на лету. — Найдены у погибших жителей, но пока не внесены в общую базу. У вас будет два дня.

— Господин сержант, вы не за тех нас приняли, — терпеливо повторил дядя Волк.

— Древич, я стараюсь тебе помочь, — с легким раздражением отреагировал солдат. — Не рассказывай мне сказки про случайного парня на улице без родителей и с кучей денег.

— Но все примерно так и было, — пожал Валентин плечами.

— У пацана герб на обуви.

Мы чуть не столкнулись головами, одновременно опустив взгляды вниз — к моим симпатичным и очень удобным серым тапочкам, с затейливым рисунком алой и красной нитью поверх носка.

— И? — удивился я.

— А вот, — еще одно движение винтовки указало на покосившийся столб освещения, на вершине которого угадывался невероятно похожий узор, только проще и в одном цвете.

Хм…

— Максим?! — в ярости прошипел Валентин. — Ты где их взял?

— Так на вокзале парень продавал… — запустил я пятерню в волосы. — Дешево, и мой размер. Вот.

— Сэкономил! — рявкнул дядька, как будто это что-то плохое. Он бы на свой гонорар сначала посмотрел!

— Тут недоразумение, — повернул он голову к солдатам. — Мы их купили.

Солдат жизнерадостно гоготнул и повел стволом, показывая городские руины.

— Где?!

— На вокзале в Корноухово.

— А потом вернулись в них прогуляться? Не морочь мне голову! — хохотнула консервная банка. — Бери документы и иди до перекрестка, затем свернешь направо. Тебе надо на центральную улицу, потом через коллектор беженцев в здании вокзала. Там сейчас самый бардак. Дальше автобусом. Прорветесь — свечку мне поставишь. Всё.

Металлические доспехи вновь собрались в насекомоподобный монолит, скрывая своих хозяев под броней, как по команде развернулись и так же шустро унеслись обратно к высотке.

Валентин обернулся и резким движением обозначил подзатыльник, задержав ладонь в каком-то сантиметре, — но аж ветром обдало и глаза прикрылись.

— Чтобы выбросил тапки ко всем демонам! — выдохнул дядька, принимаясь ожесточенно перебирать пластиковые карточки с фотографиями.

— Вот еще — выкидывать! Они денег стоят… — пробурчал я, пытаясь содрать картину с носка. Да и не босиком же ходить…

Герб оказался вышит на ткани, а не на отдельной подложке, и поддаваться не хотел. Разве что по ниточкам распарывать — чем я и занимался, подцепляя ногтем петли.

— На пустом месте… что ты за человек такой! — продолжал возмущаться Валентин, тасуя пластик.