— Ну так это раньше было, а сейчас… — Номер Два замолчал, явно подбирая правильные слова. — А сейчас она без души ругается, как будто по привычке. Вот представь, что из тебя всё забрали, только память оставили. И ты помнишь, что раньше ругался. И помнишь даже, как ругался. И повторяешь всё, но пусто как-то, по памяти, а сам в этот момент ничего не чувствуешь. Болванка, пустышка, подделка…

Номер Один открыл рот, закрыл, снова открыл и осторожно предложил:

— Может, тебе к своей маме надо переехать? Да нет, чего-то машешь?! Я ж серьёзно. Забирай сына, собирай вещи и переезжай. Я бы тебе посоветовал переночевать в сторожке, чтобы не возвращаться домой и не оставаться наедине с… ней. Но я ж понимаю, у тебя сын, его не оставишь, — он нервно передёрнул плечами. — Нет, всё-таки если бы люди пропадали или, например, их бы убивали, всё было бы легче. Ну, искали бы похитителя или маньяка… А сейчас что?

— Ничего, — зло проворчал Номер Два и сплюнул. — Староста приказал не устраивать панику, корчит из себя заботливого дедушку. А знаешь, что я тебе скажу? Наплевать ему на всё и всех! Только о прибыли и беспокоится. Если кто-нибудь прознает, что у нас творится, не видать ему гостей как собственных ушей! Будем, как и в других деревнях, сельским хозяйством промышлять. Но это же не по-ихнему, не по-барински. Рожа зажравшаяся, привык жрать хорошо!

— Ему торгаши приплачивают за молчание, зуб даю, — пробормотал Номер Один. — Да с другой стороны… Я его даже немного понимаю. Не кривись! Самую малость понимаю, в остальном — осуждаю! Ерунда какая-то творится, но ничего ж не докажешь. Вот он и говорит, что мы сказки выдумываем. Может, самому кого-нибудь убить? — хрипло и невесело рассмеялся он. — А то такими темпами староста до следующего года протянет…

— Тьфу!

Больше топтаться поблизости я не мог — подошла моя очередь. Так что пришлось зайти в вонючий нужник, потоптаться там пару минут и свалить.

Собрались мы с командой вновь после обеда в самой большой деревенской таверне — я впервые видел, чтобы в небольшом поселении было целых пять питейно-едальных заведений. Устроились за дальним угловым столиком, заказали жаркого и чая, терпеливо дождались, когда официантки принесут еду и только тогда начали обсуждение.

— Ничего не узнал, — хмуро произнёс Дзен. Ему явно не хотелось признавать, что пять часов он потратил впустую и не принёс никакой пользы. Но прежде чем Мерри открыл рот и успел хоть что-то сказать, Дзен поспешно добавил: — Но все ходят дёрганные. Ну, кроме приезжих. Да и те как будто что-то подозревают, но сами этого не понимают. В общем, обстановка здесь… плохая.