Один из аристократов призвал Спутника и ударил по монстру огненным столбом, но магия стекла с гиганта, как вода с гуся. Чудовище озадаченно осмотрело себя, подняло взгляд и огляделось, но почему-то его привлёк не осмелевший аристократ, а Леонид и я. Оно разъярённо взвыло, склонило голову и понеслось на нас, как бык на тореадора.
Глава 10
Чудовище разъярённо взвыло, склонило голову и понеслось на нас, как бык на тореадора. Леонид даже глазом не моргнул и пальцем не пошевелил — перед ним, словно сама собой, соткалась серебряная стена, и создание Франкенштейна врезалось в неё башкой со всей дури. Треснул череп, даже с расстояния пары метров было прекрасно видно, как расходится кость, а через трещину вытекают мозги. Но чудовище не заметило повреждений. Оно слегка покачнулось и снова бросилось в атаку, только в этот раз попыталось обогнуть преграду. Серебряный барьер последовал за ним, отталкивая его подальше от нас.
Монстр распахнул пасть и… откусил шмат от магической стены. Он в буквальном смысле ел магию! К счастью, раны не затягивались, но чужая энергия явно пополняла его силы. В выпученных от ярости глазках показались признаки интеллекта — чудище, судя по всему, обдумывало, как бы к нам подобраться. Но через секунду его исчерченная шрамами морда исказилась бешенством, и он рванул на баррикады с дикой, неудержимой злобой, по серебряному барьеру стекали струйки крови.
Леонид озадаченно нахмурился, и рядом с ним материализовался юноша. Очень знакомое лицо, обрамлённое кудрявыми волосами: грубые черты, волчьи янтарные глаза, суровое выражение, тёмная щетина на подбородке. которая грозится вот-вот превратиться в бороду. Я озадаченно пытался понять, где я его видел, а потом перевёл взгляд на императора и хмыкнул: Спутник Леонида был им самим же, но в молодости. Я открыл рот, чтобы с издёвкой пошутить, но внезапно моё тело скрутила судорога. С трудом устояв на ногах, я стиснул зубы. Было очень больно.
В солнечном сплетении было очень горячо, жар растекался в грудной клетке, а потом охватывал руки и ноги. Изнутри распирало что-то необъятное, невероятно могущественное — то, что я чувствовал с самого первого дня пребывания в этом мире, но до этого момента оно либо спало, скованное цепями, либо изредка давало о себе знать слабыми трепыханиями. Я сжал кулаки, но не смог сдержаться — очередной судорогой меня выгнуло дугой, я едва устоял на ногах, приподнявшись на цыпочках.
Боковым зрением я видел как справа от меня ме-е-е-е-едленно появляется человек. Точнее, Спутник. Мой Спутник. Сначала возникли стопы в кожаных сапогах, потом — лодыжки, икры и колени. Всё выше и выше, и очень скоро рядом со мной стояла молодая версия Древнего. Высокомерный взгляд, хищные черты лица, ярко-алые глаза и скривлённые в усмешке губы. Он был одет только в сапоги и лёгкие хлопковые штаны, его мышцы были обвиты блестящими цепями, которые вгрызались в его кожу и плоть. Я мысленно рассмеялся, а ведь мы с Леонидом — те ещё нарциссы! Что-то ни у одного человека не припомню Спутника в виде его самого. Хотя… Учитель из Ордена Чести. Тоже был тем ещё гордецом.