Убедившись, что никто за ним не подглядывает, в самый разгар нечестной битвы я утащил Сарика под землю. Сковав его тело большой земляной кочкой, я приступил к допросу… Но это у меня плохо получалось, так как от всего происходящего Сарик был под сильным впечатлением и, казалось, вообще меня не слышит и не замечает. Он постоянно повторял, что это всего лишь страшный сон, а его глаза были расширены от ужаса…
— Что это⁈ Где я⁈ Это какой-то кошмар!.. Мне нужно проснуться!.. Мне нужно срочно проснуться!.. Как мне проснуться⁈ — пошёл он по новому кругу.
— Да, это сон, — кивнув, произнёс я голосом Кархана, стоя напротив него в полумаске древних. — И этот кошмар не закончится, пока ты не расскажешь мне всё, что знаешь.
— П-правда? — наконец обратив на меня внимание, с надеждой во взгляде спросил он, при этом судорожно пытаясь пошевелиться в земляных оковах.
— Ну да, — кивнул я и активировал навык Внушение. — Видишь ли… Скорее всего, ты подсознательно хотел кому-нибудь рассказать все тайны своего босса, и поэтому твоё подсознание создало этот сон. А чтобы выйти из него и проснуться, тебе понадобится исполнить своё тайное желание.
Несмотря на то, что моё объяснение происходящего звучало как полнейший бред, Сарик в него поверил и согласился… Злорадно хихикая и периодически выдавая порцию ругательств в сторону своего ненавистного нанимателя, он выложил всё: местоположения тайников и складов с нелегальным товаром, сколько там охраны и где расположены видеокамеры. Но самое интересное — выяснилось, что, помимо всего, в данный момент Алабан занимался отмыванием денег и на одном из его подземных складов сейчас хранится около полумиллиона унов. Достаточно огромная сумма, учитывая, что здесь за десять тысяч можно купить однокомнатную квартиру. Эти деньги принадлежали высокопоставленным партнёрам Алабана, которые ждали, пока он их «отмоет».
Решив действовать немедленно, я быстро убил Сарика земляным колом в голову. А потом, опустив его тело глубже на несколько метров, я убрал все следы своего присутствия и отправился опустошать склады.
Я забирал всё самое ценное: наличность, драгоценности, компьютерную технику — и складывал всё это в пространственные помещения своего артефактного пояса. Причём, так как в самих хранилищах не было видеонаблюдения, а бетонный пол не был армирован, то охрана даже не подозревала, что их грабят. А я, по-тихому опустошив очередной тайник, аккуратно заделывал дыру бетонной крошкой, убирая следы своего проникновения.
Я решил, что после обнаружения факта ограбления записи с видеокамер, установленных возле входов в хранилища, не станут доказательством, что всё добро исчезло волшебным образом. И когда партнёры Алабана придут за своими деньгами, то, скорее всего, решат, что он пытается их обмануть, а записи с видеокамер — всего лишь подделка. И уж тем более Алабан не станет заявлять об этом невероятном ограблении местным правоохранительным органам или спецслужбам и показывать им эти записи.