Мы все дружно понеслись в сторону моста, посмотреть, кто же там идёт. А прибежав, встали как вкопанные.

— Ну что стоим? Мост давайте? — поторапливал нас Оркус, — хрен его знает сколько сейчас тварей набежит на этот гул. Говорил же идите молча, нехрена не понимают.

— А где Лика? — нервно спросил я.

— Да там, где-то, в конце толпы. Да она с Риком. Мой хороший знакомый, в обиду её не даст, — и поворачиваясь к разношёрстной толпе, скомандовал, — и так, слушаем меня внимательно! По одному подходим ко мне, и спокойно, не торопясь переходим на ту сторону вот по этой доске, — галдёж сразу усилился в разы, — а ну заткнулись все нах, самых говорливых я буду сталкивать с доски.

Народ поутих, и один за одним переходили на остров. Я сначала их считал, но быстро сбился, отвлекаясь на толпу народа, которая только выходила из лесу. Так и стоял с открытым ртом, наблюдая за разрастающейся на моих глазах толпой народа, пока меня не окликнула какая-то женщина, держащая за руку мелкого пацана, моего ровесника:

— Мальчик! Эй, мальчик! Да ты, — покивала она головой, когда я указал на себя, — где у вас тут туалет? И где можно набрать чистой воды, мой Боня пить хочет?

Я ещё пребывая в некотором шоке, от такого числа людей на моём острове, указал пальцем на реку.

— Мальчик, ты дурак? — и смотрит вопросительно.

— Ну знаете ли, — начал понемногу закипать я, — я на это не подписывался, я вам не нянька, вон целая река воды хоть опейтесь, — высказал я, и убежал в дом.

В доме сидя за длинным столом в зале совещаний, названым так мною по аналогии с круглым, я обдумывал своё поведение: «Повёл я себя конечно странно, такое поведение не типично для меня, ещё бы разрыдался и начал звать мамочку. Ну чего такого, женщина просто воды попросила увидев местного мелкого пацана, от куда же она знала, что я великий волшебник», — и я рассмеялся над своими мыслями. «Скорее всего у меня началось то самое половое созревания, прыщей на лице пока вроде нет, а вот стояк, я бы его назвал стоячок, сегодня с утра был. И настроение скачет, иногда хочется на кого-нибудь наорать или чем-нибудь стукнуть. Ну Лёня, держи себя в руках, не дай гормонам управлять тобой, ты же взрослый мужик», — настраивал я себя. По моим расчётам, я в этом мире уже пять месяцев, днём своего рождения решил считать день моего попадания в это тело, и того, буду считать, что через месяц мне будет десять с половиной лет, по моим воспоминаниям, это нормальный возраст для начала полового созревания, нужно только контролировать свои эмоции.

С улицы начали доноситься какие-то крики, и я выбежал из дома, чтобы посмотреть, что случилось. С холма было хорошо видно большую часть острова, да и деревья мы изрядно проредили, поэтому мне было видно, как недалеко от переправы Оркус надвигался на какого-то мужика, а тот пятился от него постоянно что-то выкрикивая, и вот он уже у обрыва, и: «Бультых», — послышалось со стороны речки, а потом удаляющееся крики мужика. «Значит Оркус не шутил, когда говорил, что буйных будет отправлять поплавать», — подумал я. Я вернулся в дом, дожидаться остальных, подумал, что и без меня там справятся, с моим ростом и возрастом только народ в заблуждения вводить. А после, подошла Лика с каким-то мужиком. Он был ниже Оркуса, но шире его в плечах, у него было накаченное тело, кожа была красного цвета, а на голове ветвились два здоровенных бараньих рога. Одет был в куртку из чёрной кожи с бугорками и чешуйками, и в такие же штаны и сапоги, а из-за спины выглядывала здоровенная глефа.