Но Дхармоттара — свои, их я не стал бы сильно давить с ценой. Дамаяти — родичи моей жены и до сих пор мои единственные официальные союзники. Да и Джуоти тоже мои будущие родичи и союзники.

Полную цену стоило бы взять как раз с Махападма, и именно с них получить ее было бы тяжелее всего. Плюс риск вообще не договориться наиболее высок как раз с Махападма.

Мне нужны эти проблемы?

Я уже не настолько голодный, как был в самом начале своей второй жизни. И род, и клан я уже, в общем-то, поставил на ноги.

Разумеется, мы пока не дотягиваем до уровня великих.

Но и проблем такого масштаба мне не нужно. Прослыть на всю страну чуть ли не мошенником, который продает одним то, что другим достается бесплатно, — это чудовищный удар по репутации. Он сведет на нет всю работу по становлению нашего клана.

Со мной потом просто никто не захочет иметь каких-либо дел. Это император может нивелировать подобный игнор за счет государственого аппарата и верховной власти в стране. С ним не получится не контактировать вообще никогда. У меня подобной возможности нет и не будет.

В общем, я решил, что этим пяти родам просто повезет.

С императора я хоть какое-то подобие платы выбил, и за это мне не будет стыдно, даже если оно всплывет. Просто потому, что с платой за свободу одного-единственного чужака он априори был не прав. А остальные побудут счастливчиками за компанию.

И да, я им не собираюсь вообще что-либо говорить, как не собирался сообщать Дхармоттара. Заработало и заработало. Само.

— Вы не правы, Раджат-джи, — покачал головой Дхармоттара. — Не хотите рисковать и требовать плату — ваше право. Но сообщить нужно. Возможно, кто-то захочет сделать вам ответный дар.

Ну, кстати, как вариант. Ставка на то, что аристократы искренне ненавидят чувствовать себя в долгу, вполне может сработать.

Правда, таким образом я опять же дам Махападма повод к общению со мной. Более того, я к ним приду первым и по собственной инициативе… Нет, надо сделать как-то иначе.

Так-то идея хорошая, осталось лишь грамотно ее воплотить.

— Я подумаю, Дхармоттара-джи, — улыбнулся я.

— Я тоже подумаю, — хитро подмигнул мне он.

* * *

Прием у клана Сидхарт был довольно необычным.

Начиная с того, что участие всех чужаков всех стран вызвало сильный ажиотаж, и гостей было просто безобразно много.

И заканчивая тем, что более жесткие ограничения на количество приглашенных от родов и кланов сделало этот прием фактически мужским. Взять с собой жен не было возможности почти ни у кого, а значимых на таком уровне женщин в стране были единицы. Собственно, за первый час приема, кроме Ребиры Мехта и Асан, я так никого и не увидел.