Они, конечно, могли не придать картографии такого уж большого значения, чтобы бросить на нее все свободные ресурсы или платить втридорога за скорость, но тем не менее. Их здесь нет, и повлиять на позицию императора они не смогут. А мы сможем.

Неожиданно было увидеть среди участников совещания только главу рода Хатшану. Он оказался единственным из центральной части бывшей южной границы, кто успел к первому этапу согласования. И, судя по любопытным взглядам остальных аристократов, его расторопность удивила не только меня.

Хатшану, конечно, сильный род. Но тем же Неспели они далеко не ровня. Впрочем, совсем уж слабаков в приграничной зоне и не было, они там попросту не удержались бы, полыхни война с Непалом. Так что на месте Хатшану мог оказаться кто угодно.

В общем, на Хатшану покосились, конечно, но никто ничего не сказал. Приветствовали и общались, как с равным. Своим поступком он это заслужил.

Император вошел в зал в сопровождении трех помощников ровно в назначенное им время начала совещания.

Аристократы уважительно склонили головы.

Все прекрасно поняли его посыл: императору вопрос разделения земель так же важен, как и нам. Будь иначе, он появился бы с некоторой задержкой, которую можно было бы трактовать как определенное пренебрежение.

Пока шел обмен приветствиями, помощники императора повесили на стену за его спиной несколько крупных карт. Закончив с этим, двое покинули зал, а один остался стоять около карт. Судя по маркеру в его руках, он должен был вносить пометки сразу по ходу совещания.

И это тоже радовало. Император не надеялся продавить свое решение в неизменном виде, он собирался с нами договариваться.

Потому что карты, которые подготовили люди императора, мягко говоря, не вдохновляли. И не только меня, судя по помрачневшим лицам остальных участников совещания.

— Итак, начнем, господа, — произнес император, усевшись в кресло во главе стола.

Мы тоже сели и продолжили разглядывать карты.

— Как вы видите, — махнул рукой себе за спину император, — чиновники подготовили черновой вариант раздела земель.

Чиновники?

Я скосил взгляд на соседа, — им оказался глава рода Неспели, — и заметил на его лице мелькнувшую и тут же спрятанную улыбку.

Судя по всему, император заранее скидывал с себя ответственность за столь паршивый вариант, и так подумал не только я.

— Разумеется, мы с вами все обсудим, — добавил император. — Для этого мы и собрались здесь сегодня.

Теперь уже я едва удержал улыбку.

А потом немного подумал и начал напрягаться. Мягко император стелет. Слишком мягко. Он никогда не был тряпкой, чтобы заранее оправдываться, еще не услышав от аристократов ни единого слова.