Глаза ректора на мгновение сузились, и она словно преобразилась.

Теперь передо мной сидел не строгий, но справедливый опекун, заранее уставший от шалостей и уверток детей, а матерый хищник из мира большого бизнеса. Ну или типичный представитель могущественного клана.

Ректор даже силу слегка отпустила, и я тут же осознал, что передо мной одна из шести сильнейших магов страны.

— Я слушаю вас, господин Раджат, — вновь кивнула она.

И даже тон изменился.

Что ж, наглядный урок этикета я оценил. И запомню, что ни давить, ни демонстрировать пренебрежение она не стала. Приятно иметь дело с адекватными людьми.

— Мой человек находится в коме, — сказал я. — И я прошу вас ему помочь.

Ректор лишь молча приподняла одну бровь.

Помолчав пару секунд и убедившись, что ничего добавлять я не собираюсь, она с легкой улыбкой поинтересовалась:

— И чем вы собираетесь расплачиваться за такую услугу, господин Раджат?

— Я отдам вам уникальное плетение.

Ректор вскинула уже обе брови и задумчиво покачала головой.

— Хорошая цена, — кивнула она. — Какое именно плетение?

— Управляемый фиксатор.

По губам ректора вновь скользнула улыбка.

— То самое, которое вы применили на территории Дамаяти?

Ну конечно, а чего я хотел? Это великий клан. И разведка у них соответствующая.

— Родичи поделились со мной подробностями, — пояснила ректор. — Разведка докладывала, что там была какая-то нестандартная схема ведения боя, в половине случаев плетения летели от земли вверх. Словно тот, кто их запускал, передвигался ползком или постоянно падал. А все оказалось проще. Вы сделали магический аналог гранат, ведь так?

— Так, — кивнул я.

— И хотите отдать мне тот самый недостающий компонент, который пока никому не позволяет повторить ваше достижение.

— Именно.

Ректор несколько секунд смотрела мне в глаза, а потом спросила:

— А не многовато ли за жизнь слуги?

— Этот человек принес мне личную магическую клятву. Он дважды спас мне жизнь. Я своих не бросаю.

— Достойный ответ, — уважительно кивнула она.

Я смотрел на нее молча и ждал ее решения. В принципе, ничего не мешает ей сейчас отказаться от сделки и попытаться забрать плетение силой.

Правда, я не вижу в этом особого смысла. Разовое применение своей шакти ей практически ничего не будет стоить, разве что пары часов потерянного времени. А любая война, пусть даже с настолько слабым родом, как мой, это все равно потери.

— Я вылечу вашего человека, — сказала, наконец, ректор. — И, пожалуй, добавлю небольшой подарок от себя, для равновесия. Слишком уж ценную вещь вы мне предлагаете.

— Благодарю, — я поклонился из положения сидя.