Очень много нюансов, потому и взаимное «прощупывание» обычно предельно аккуратное, чтобы можно было сдать назад, обойдясь лишь одним словесным извинением.

Капур все это нужно было уложить в час.

Я ему, конечно, изрядно облегчил задачу, заранее подтвердив готовность сотрудничать, да только от большинства подводных камней его это не избавит. Не смогу я не отреагировать на его ошибки, если они будут, просто не имею права. Он не только юный сокурсник, он — враг. Я и так сделал больше, чем должен был.

— Господин Раджат, как вы относитесь к магической практике на границе? — нейтрально спросил Капур.

Хм, интересную тему он выбрал для сближения. Уверен, что в этом мы с ним сойдемся взглядами? Неожиданно.

После первого курса все сильные маги, то есть четвертый и пятый ранг, на три декады приписываются к армейским подразделениям на границе. Как правило, по двое-трое на форт или крепость. К реальным боевым действиям, если таковые там ведутся, студентов не допускают, но в остальном подростки полностью включаются в жизнь армии.

— Я считаю, это полезная практика, — так же нейтрально ответил я. — На боевой факультет поступают не все, но уметь защищать себя и своих людей нужно каждому.

— Думаете, мы успеем научиться этому за три декады? — тонко улыбнулся Капур.

— Научиться — вряд ли, — отразил улыбку я. — Но получить представление о том, к чему действительно нужно быть готовым — вполне.

— Да, пожалуй, — задумчиво согласился он. — Если бы была возможность, я бы остался там на все лето.

— А разве такой возможности нет? — удивился я. — Уверен, если студент хорошо себя зарекомендует на практике, командование гарнизона с радостью согласится на временный контракт с ним. Пусть даже на два месяца.

Капур устремил на меня недоуменный взгляд.

— С несовершеннолетними контракт не заключают, — вздохнул он.

— Даже с поручительством главы рода? — уточнил я.

Он вновь задумался. Похоже, он поднял действительно актуальную для себя тему, но до сих пор рассматривал ее несколько однобоко. Или делает вид, что мои слова новы для него.

Хороший ход для сближения, кстати. Не лезть в личное пространство собеседника, а пригласить его в собственный мир.

— С поручительством главы рода может сработать, — неопределенно покачал головой он, и вскинул на меня неожиданно азартный взгляд: — Составите мне компанию, господин Раджат?

— Идея мне нравится, но обещать пока не могу, к сожалению, — улыбнулся я. — Разрешение главы рода мне не нужно, но это не отменяет того, что за год мои планы могут сильно измениться.

Капур спокойно кивнул. Основным посылом в моем ответе был вовсе не отказ в максимально мягкой форме. Я дал понять, что в принципе не против совместных дел. В нашей с ним ситуации это — максимум того, до чего мы даже теоретически можем договориться.