— Господин Раджат, — слегка поклонился он.
— Господин переговорщик, — с легкой улыбкой кивнул я и жестом указал на кресло. — Присаживайтесь. Чаю?
— Благодарю, но откажусь, пожалуй, — тонко улыбнулся китаец.
Он остался стоять в своем углу. Что ж, его право.
Я спокойно уселся обратно в кресло и вопросительно приподнял брови.
— Думаю, вы догадываетесь, почему я здесь, — неторопливо начал китаец. — Асан Муйи. Древняя кровь. Новый род.
— Будущий новый род, — поправил я. — И этот род будет не Муйи, если уж на то пошло.
— Да, я видел документы, — кивнул он. — Муйизен.
Я кивком подтвердил его информацию. Хотя зачем оно ему, раз бумаги смотрел?
— Еще и Каспадиа, — осуждающе покачал головой китаец. — Вы же их теперь в покое не оставите, наверняка.
— Не оставлю, — вновь подтвердил я. — И скажите еще, что я не в своем праве.
— В своем, — показательно вздохнул он. — Да только нам оно все равно в ущерб.
Серьезно? Он сюда пришел денег с меня требовать?
Нет, я в прошлый раз, конечно, сам предложил оплатить неудобства, если вновь где-то случайно наступлю на хвост китайской Триаде. Но одно дело — случайно их интересны задеть, и другое — когда их партнеры мой род в моем лице чуть не уничтожили. Тут мне самому в пору с них виру требовать.
Ладно, послушаю пока дальше.
— Молчите, — правильно понял мое недовольство китаец. — Каспадиа сами виноваты, но ссориться еще и с нами из-за них вы не хотите.
— Это уж как получится, — пожал плечами я. — И вы своим авторитетом этих тварей не спасете.
— Все-таки под корень извести их хотите? — прищурился китаец.
— Думаю пока, — неопределенно покачал головой я.
А точнее, жду хода императора. Не может он так просто спустить им с рук нарушение своего слова. Как бы он ко мне не относился. Это уже не вопрос отношений со мной, это его репутация в глазах всей аристократии страны.
Но пояснять детали китайцам я не собираюсь.
— Будьте осторожны, господин Раджат, — ровно произнес переговорщик. — Войну Индии из-за вас мы объявлять не будем, но лично вам придется ходить, оглядываясь.
Что-то меня уже начинают бесить эти вечные «последние китайские предупреждения». В который раз он является, чтобы нагородить многозначительных намеков и погрозить пальчиком. Надоело уже это выслушивать.
С другой стороны, вспыли я сейчас — и проблем прибавится.
Да, значимые военные силы в чужую страну они перебросить не смогут. Но мне и мелких сильных отрядов хватит. Не с первого, так с десятого раза, не меня, так кого-то из моих близких они подловят.
— Если вы приходили только за этим, то я вас услышал, — с холодком в голосе ответил я.