Судя по всему, здесь был применен какой-то очень мощный модум, гасящий звуки за пределами внутри поля своего действия. Поэтому Эссены не услышали ни звука, а ведь тут, судя по всему, без шума не обошлось.

— Он нас живцами отправил! — зло прошептала София. Она тоже все поняла, пусть и позже, чем ее старший брат.

— Создал условия, — поправил ее Ян. — Пошли мы сами.

— Разговоры! — строго рявкнул один из конвоиров и по совместительству носильщиков.

— А то что? — немедленно отреагировала девочка.

— Выпорю, — скучным тоном сообщил боец. — Своей егозе так ума добавляю. Работает.

Девочка, как и Ян, расслышала в голосе мужчины знакомые отцовские нотки. Так тот говорил, когда был готов потерять терпение или преисполненный педагогического рвения. Поэтому, осознав, что сейчас прозвучала не угроза, а вполне четкое обещание, София замолчала. Остаток пути до тюремной кареты с решетками на окнах она провисела на руках солдат молча.

Обращались с ними хоть и строго, но без излишеств. Не было никаких толчков в спину или издевательских комментариев. Бойцы хоть и выполняли приказ и были готовы ко всему, но в их словах и поведении чувствовалось, что пленникам они симпатизируют. Не настолько, конечно же, чтобы их отпустить, но, кажется, они прекрасно понимали смысл заявленного Яном Права Охоты.

В карете их усадили между конвоирами, задернули на окошках плотные шторки и куда-то повезли. Вряд ли в особняк Коваля. Через десять минут тряской езды по мощенным камням улицам выяснилось, что целью их пути была центральная площадь города и выходящий на нее фасадом монументальный дворец в четыре этажа.

— Приехали, — сообщил боец, обещавший выпороть Софию. После чего даже помог девочке выбраться.

— Это резиденция наместника? — спросил Ян, который уже понял, куда их доставили.

— Она, — кивнул бородач. Его глаза блеснули хитрецой. — Бывал уже здесь?

— Нет.

— Ну вот и сподобился.

Далее их повели ко дворцу, где у входа дежурили гвардейцы в привычных Яну мундирах и головных уборах. Но ввели не через центральный вход, а в одну из неприметных дверей с торца здания. Здесь тоже имелась охрана, которая без удивления пропустила солдат в средневековых шлемах и их пленников.

Затем были коридоры. Узкие, темные, прихотливо меняющие направления, словно созданные для того, чтобы заставить посетителя заплутать, а не провести его от входа к нужному кабинету. Воины из «семерки» двигались по ним уверенно, прекрасно зная каждый поворот и тупичок, а вот Яну пришлось изрядно постараться, чтобы не потерять направление движения.

У одной из дверей бойцы остановились. Один достал из-под мундира массивный ключ, открыл замок, а другие сопровождающие ввели Эссенов внутрь комнаты три на три метра, полностью лишенной мебели.